Книга Последняя сказка Лизы, страница 128 – Евгения Райнеш

— Видишь, как без тебя я теряю человеческий облик? И ещё сомневаешься, что нужна мне как воздух?

Он вдруг жалобно посмотрел на меня, чуть наклонив к плечу голову:

— Как не поняла до сих пор, что любовь требует жертв? Разве ты можешь быть настоящей женщиной, если не готова к терпению и жертвенности?

Он мог выглядеть даже трогательно, если бы тут же не осклабился:

— Я помогу тебе стать настоящей женщиной. Кстати, у меня есть прекрасный сюрприз. Это будет совсем новая семья. Тебе понравится. Увидишь, как я постарался, чтобы тебе было приятно, хотя это из-за тебя…

Он опять печально закатил жуткие глаза. Если Генрих хотел вызвать у меня сочувствие, то не преуспел.

— Кто это тебя так? — я отбросила чувство вины, и оно отлетело, как мячик.

Генрих понял, что игра на жалость, действующая до сих пор безотказно, дала трещину. Правила изменились, и это понимание скрутило уже почти не человеческое лицо Генриха в ещё более отвратительную гримасу.

— Старый маразматик, — прошипел он куда-то в сторону.

И я поняла, что Старый Дом сумел дать отпор демону. Не Генрих из любви ко мне благородно не тронул Тею, это его приложили по полной программе. С благодарностью подумала о надёжных, хоть и потрескавшихся стенах, и ящерицах-оберегах, нарисованных на входной двери.

Раздался громкий треск, и в комнату ворвался взъерошенный и раскрасневшийся Шаэль. С одной стороны меня охватила жуткая радость, что я теперь не один на один с явившимся за мной чудовищем, с другой, очень испугалась за Шаэля.

— Ты… — задыхаясь, проговорил Шаэль, и я вдруг не поняла, к кому он обращается.

— Привет! — как-то уж слишком радостно сказал Генрих, и, опять склонив голову к плечу, с бесстрашным любопытством начал наблюдать происходящее.

— Шаэль, — крикнула я, — осторожнее…

— Да, да, — глумливо передразнил меня еле ворочающимся языком Генрих, — ты уж как-нибудь поосторожнее, Шаэль.

Я вдруг поняла, что Шаэль остановился у порога и странно молчит. А ещё через мгновение вздрогнула: он стоял не против Генриха, а как-то рядом с ним.

— Почему ты? — еле смогла выговорить я, в глубине подсознания уже понимая, что происходит на самом деле.

— Потому что!!! — громогласно и издевательски захохотал Генрих.

— Потому что он — мой новый демон. Познакомься, Лиза! Скажи: «Привет, демон бессилия!». Твоего, Лиза, бессилия!

Ощущение безнадёжности и обиды плюхнуло горечью в затылок.

— Привет! — равнодушно сказала я. — А где остальные?

— Далеко, — ухмыльнулся Генрих. — Бесполезные ошмётки.

Он опять захохотал и снисходительно потрепал Шаэля по затылку.

— Ещё новенький, но ничего, скоро пообтешется… И очень годится для моего нового пристанища. Вместо этого… отребья…

Генрих брезгливо повёл сутулыми плечами Влада. И сладострастно уставился на Шаэля.

— Смотри, какое выносливое и тренированное тело. Нам будет очень ХО-РО-ШО. Тебе же он нравится, сука блудливая⁈

Демон вдруг резко разозлился, глаза его, чёрные как ночь, наливались нереальным малиновым оттенком. Нечеловеческие впадины, в которых плескались все ужасы ада.

— И как тебе с ним покувыркалось, тварь⁈

Я так и сидела, обхватив колени руками и не двигаясь. Шаэль молчал, только все сильнее наваливался на косяк, медленно сползая вниз по дверному проёму. Казалось, силы оставляют его.