Книга Последняя сказка Лизы, страница 1 – Евгения Райнеш

В-а-у-у…

Я подскочила, ещё не вполне понимая, в какой реальности нахожусь. Звук был далёким, резким и тревожным. Сигнал охотничьего рога, знакомого мне только по историческим фильмам, в которых какие-нибудь знатные рыцари выезжали на охоту.

Просторная комната, чистая и светлая, с окнами на двух стенах. Ветка мандаринового дерева прошелестела уже осенними листьями по стеклу. Деревня за окном спала темно и совершенно беззвучно.

Пробуждение было слишком резким, чтобы сразу мыслить здраво. Только через минуту вспомнила, что я в Аштараке, успокоилась и снова собралась заснуть. Но всё тот же резкий вскрик опять донёсся с вершины. Вслед за ним пронзительно завыли шакалы, прятавшиеся в густых лесах, покрывавших эти горы, и сразу странно запели петухи — почти без паузы, но в порядке очерёдности.

«Почему петухи закричали задом наперёд?», — успела глупо подумать я, снова проваливаясь в тяжёлый сон.

Потому что сразу после этого переполоха наступила обволакивающая негой тишина.

— Ты слышала, как странно ночью кричали петухи? — спросила я Тею, намазывая масло на хрустящую корочку.

— Петухи не кричат по ночам, — как-то даже стесняясь таких очевидных вещей, ответила она.

Тея — девушка не просто научных, а энциклопедических знаний, так что сразу последовало уточнение:

— И они всегда кричат в строго определённое время. Первый крик — в предрассветную рань, второй — перед зарёй. Третий — когда уже рассвело. Все дело в звезде Канопус.

— В чём? — меня озадачила изящная непредсказуемость Теиной мысли.

— Когда люди попытались связать петушиный крик с определённым расположением звёзд на небе, то выяснилось, что петухи даже в беспросветно тёмном курятнике кричат, когда Канопус встаёт над горизонтом. Это самая яркая звезда в созвездии Киля. И вообще вторая по яркости после Сириуса. Именно на неё ориентировалась американская автоматическая станция, когда летела к Марсу. В древности скопление Киля было лишь частью огромного созвездия Корабль Арго.

— А сейчас?

— Сейчас Арго в том виде уже не существует. Распался на четыре отдельных созвездия. Киль — одно из них. Так вот, «вторые петухи» кукарекают в те минуты, когда Канопус уходит с небосклона. Причём в наших широтах эту звезду не видно.

— А где её видно? — заинтересовалась я.

Тея задумалась только на секунду:

— В южном полушарии. Чаще всего упоминание о Канопусе встречается в ранних египетских и индийских текстах. Кстати, Канопус — это ещё и исчезнувший город-порт в Египте. Давно. Даже Геродот упоминал о нём, как о чём-то очень древнем.

Услышав слово «Египет», я испугалась, что Тея сейчас подсядет на свою любимую тему. Она историк, причём — наследственный. И имя ей родители дали подходящее, словно догадывались, что большую часть своей жизни подруга посвятит диссертации по Древнему Египту. В отличие от меня, Тея с детства мечтала не о платьях принцессы и неземной любви, а попасть на раскопки в знаменитую «Долину царей». Это же просто невозможно остановить Тею, как только произносится кодовое слово. Египет. В ней сразу же включается непрошибаемая зануда.

— А третий раз, по-твоему мнению, когда кричат петухи? — я постаралась, чтобы голос звучал не слишком уныло.

— Это пока не выяснено. Так же остаётся тайной, каким образом петухи «видят» незримую звезду. Например, здесь, в Аштараке.