Онлайн книга «Последняя сказка Лизы»
|
— Ну-ну, — Тея поджала губы и замолчала в знак уважения к литературе. Но весь её вид говорил: она сомневается в моей причастности к чему-то действительно великому. Тому, что имеет право не прощать. Ба-бах! Дикий грохот откуда-то сверху. Животный ужас заставил съёжиться, я машинально закрыла голову руками и присела, а Тея метнулась по лестнице наверх. Через секунду послышались её весёлые ругательства: — Арм, твою ж кошачью мать… А ещё через секунду она появилась с большой торбой в руках. — Коты уронили шкатулку с иголками и ножницами, — смеясь, доложила она. И тут же осеклась, увидев моё бледное лицо в испарине. — Лиз, ты чего? — испуганно спросила она. Я проглотила уже такой привычный, невидимый комок и с трудом пропихнула слова через сжатое спазмом горло: — Нервы… Глубоко вдохнула и выдохнула, как меня научил один мой знакомый букинист, и повторила: — Реакция на шум, только и всего. Тея внимательно посмотрела на меня. Подруга была великолепной жилеткой для всех желающих поплакать. Это повелось ещё с «доисторических», «доаштараковских» времён. И не успели они с Алексом переехать в деревню Аштарак, как толпы страждущих поддержки и утешения ломанулись на самолёты и паровозы, чтобы добраться и получить свою порцию жизненной энергии. Может, у неё самой и появлялись какие-то проблемы, только об этом никто не догадывался. Такая она была всегда — ровная, ироничная, участливая. Я понимала, что долго не смогу водить её за нос. Хотя попытаться стоило. — Почему ты так неадекватно реагируешь на простой шум? Раньше ты вполне комфортно чувствовала себя в нашем балагане. Признаться сейчас о случившемся — значило прекратить это чудесное утро. Не болтать беззаботно ни о чём, поддразнивая друг друга, а долго и утомительно решать, что делать и как быть дальше. Я ещё не готова была признать, что потерпела крах, и теперь требовались гигантские усилия, чтобы как-то выправить давший крен курс моего корабля. Конечно, всё решу, но чуть позже. Чуть позже. — Просто устала, нервы расшатались. Я подошла к окну, где в неразберихе зелёных мясистых листьев яркими пятнами мелькали маленькие шарики мандаринов. Мандариновое дерево было совершенно не похоже на новогоднюю ёлку. Но лучи ещё тёплого солнца искрами прыгали по пышной зелени, и сердце вдруг неистово захотело праздника и сюрпризов. Тея сдула сбившуюся на глаза чёлку: — Две недели назад заезжала Хана. Ты не представляешь, какое она ходячее сборище фобий. Боится собак, коров, хулиганов, высоты, пауков… И я ей сказала: «Может, ты не боишься на самом деле, а просто привыкла бояться?». Она подумала, и поняла, что часть страхов действительно живёт в ней по инерции. Может, и ты просто привыкла тревожиться? Я упрямо произнесла. — Нет, не привыкла. И бросила тихий взгляд на свои руки. Только я знала, что на предплечьях, под мягким, уютным свитером дозревали, наливаясь жёлтым, большие синяки. И ещё знал он. Мой муж. В моём муже жили демоны. «Бред ревности, отягощённый алкоголизмом», — так сказал знакомый психиатр. «И, очевидно, психопатия». А другие, не очень знакомые психиатры, сказали то же самое. Но я точно знала, что внутри моего мужа живут демоны, потому что, по крайней мере, с тремя из них была даже лично знакома. Вообще-то, большую часть времени они спали. И всё было просто прекрасно до тех пор, пока их не начинал мучить голод. Это происходило не сразу, не вдруг. Просто тихие, спокойные будни вдруг начинали постепенно наливаться чем-то тревожным, ещё не осознанным. А потом словно из переполненной накренившейся шкатулки вдруг с ненавязчивым звоном выскальзывало то одно, то другое. Сначала — странный взгляд. Затем — жёсткие слова. А потом… |