Книга Прах херувимов, страница 113 – Евгения Райнеш

— И как она? — робко спросила Яська.

Боялась новостей об Аиде.

— Мне кажется — плохо, — призналась печально мама. — Совсем ужасно. И так неожиданно.

Они пили чай с пирожками, которые мама привезла с собой. Пирожки успели остыть за время её путешествия, но всё ещё хранили дух столичного дома.

— Бедная Ида, — мама вздохнула и рассеянно потрепала Тумбу по голове. Псу это понравилось, и он застыл на месте, надеясь на продолжение. — Как пошла её жизнь под откос с самого начала, так и не даёт судьба передышки.

Яська замерла с куском откушенного пирога во рту.

— О чём ты? Почему под откос? Аида до сих пор выглядела вполне спокойной и беззаботной. Если не считать этих последних дней.

Мама продолжала задумчиво гладить Тумбу, который, поверив в свою счастливую звезду и обнаглев от этого, уставился на пирог в Яськиной руке.

— Я никогда не говорила тебе, Ида категорически не хотела, чтобы окружающие знали. Она просто пыталась выжить после того, что случилось.

— А что случилось-то? — влез не очень воспитанно Гера.

Яська на него шикнула, но мама ответила:

— На её глазах погибли маленький сын и любимый муж. Тимоше чуть больше года было, он только на ножки начал вставать.

Яська удивилась и расстроилась одновременно. Она каждое лето приезжала к Аиде, жила с ней бок о бок несколько месяцев, они вместе смеялись над общими шутками и забавными ситуациями, вели долгие интересные разговоры по вечерам. И Яська ничего не знала. Не замечала, думать не думала.

— Она мужественная, Ида. — сказала мама, и Яська увидела, что глаза её влажно заблестели. — Боролась с судьбой, как могла. Отрешилась от прежнего, бросила работу, дом, уехала из города, полностью всё поменяла в своей жизни. Видно, до конца так и не смогла, догнала её эта катастрофа, подкосила, когда она совсем и не ожидала. Что-то в голове у неё тронулось, поехало…

— Почему же сюда переехала? — спросила Яська.

— Наверное, это самая большая её ошибка. Именно где-то здесь, в горах, погибли её родные. С одной стороны, она хотела забыть всё, что напоминало о трагедии, с другой, её тянуло именно к этому месту. Такое вот противоречие. Наверное, губительное. Я пыталась отговорить: в нашем городе у неё оставались друзья, любимая работа, наука, где ей прочили большое будущее. Но что я могла поделать? Так она решила, а характер у Иды всегда был железный.

— А что…

Яська проглотила ком в горле, который появился вместе с невыносимой до слез жалостью к Аиде.

— А что случилось с её мужем и сыном?

— Они поехали в какой-то продвинутый лагерь для родителей с маленькими детьми. Что-то вроде «Дикие младенцы». Я не помню сейчас точно. Тогда узнала, что у меня будешь ты, и остальное уже не имело значения. Основная суть лагеря — полное погружение малышей вместе с родителями в естественную природную среду. Это было модно. Звенящие кедры и все такое. Палатки, горы, реки, еда на костре и много-много естественной природной среды. Поехали семей пять-семь, все с детьми от шести месяцев до трёх лет. На место, где они разбили лагерь, сошёл оползень. Олег, муж Аиды, и Тимоша погибли.

— А остальные?

— Не знаю, — вздохнула мама. — Меня тогда только состояние Аиды волновало. А потом… Двадцать пять лет прошло.

* * *

Мара слушала Алину и ловила себя на мысли, что ей хочется спрятаться от этого рассказа.