Онлайн книга «[де:КОНСТРУКТОР] Восток-5»
|
Я отполз назад за гребень. Молча, на локтях, по камням, которые скребли по бронепластинам «Трактора» с тихим скрежетом. Перевернулся на спину. Серое небо Терра-Прайм висело над головой, низкое, плоское, мёртвое. Потом сел. Огляделся. Нашёл Кота. Контрабандист лежал за ближайшим валуном, прижавшись щекой к камню. Его трясло. Я протянул руку, ухватил его за ворот робы и подтянул к себе. — Ты говорил, знаешь слепые зоны и тайные ходы. Где вход? В лоб нам не пройти, нас разберут на атомы за десять секунд, — строго обозначил я. Кот сглотнул. Зубы стучали. Он попытался что-то сказать, но вместо слов вышел хрип. Закрыл рот. Попробовал снова. На третий раз получилось: — Дай глянуть… Я отпустил ворот. Кот, озираясь, как суслик у норы, подполз к гребню. Выглянул. Его глаза, красные, воспалённые, заметались по руинам внешнего периметра базы, по обломкам вышек, по бетонным стенам, и я видел, как работает его мозг, перебирая маршруты, которые он ходил когда-то, до того, как мир здесь превратился в ад. Здоровая рука вытянулась. Указательный палец ткнул на восток: — Там… Видишь полуразрушенную градирню? Башня охлаждения у подножия холма. Я посмотрел. В полукилометре правее бункера, у скального склона, торчал остов конической башни. Бетонная градирня, стандартная для промышленных объектов, только эта была расколота пополам, как яйцо, и из трещины росла грибница, чёрная, густая, похожая на волосы, торчащие из раны. — Под ней старый дренажный коллектор. Он идёт прямо под фундамент центрального бункера, в обход гермодверей. Туда ящеры не пролезут, слишком узко, метр на метр, бетонная труба, — Кот замолчал. Облизнул губы. Сглотнул. Его палец, указывающий на градирню, дрожал. — Но между нами и градирней метров триста открытого пространства. И сплошной ковёр из ящеров. Я прикинул. Триста метров по серой земле, через внешние кольца патруля. Мелочь: компсогнаты и дейнонихи. Если идти тихо… Нет. Тихо не получится. Восемь человек и троодон, как бы они ни крались, создадут вибрацию, запах, звук. Грибница под ногами передаст импульс. Кольца среагируют. Синхронно, мгновенно, всей массой. Ждать нельзя. Каждый час, каждая минута работала против нас. Если внутри бункера люди, они были заперты там давно. Ресурсы конечны. Воздух, вода, еда. Всё конечно. И Сашка… Я посмотрел на своих людей. Семь лиц, обращённых ко мне. Грязные, уставшие, побитые, обезвоженные. Поднял ШАК. С хрустом дослал патрон в патронник. Последний в магазине. Один патрон 12,7 миллиметров. И три стандартных, которые Кира отсыпала мне из своего скудного запаса. Четыре выстрела. На триста метров ада. — У нас есть стволы, взрывчатка и наглость, — спокойно сказал я. Как говорят перед разминированием, когда план есть, руки на месте, а исход зависит от того, не дрогнет ли палец. — Сделаем коридор. Пойдём клином, не останавливаясь ни на секунду. Джин и Фид, вы фланги, бьёте по ногам всё, что прыгает сбоку. Дюк, ты чистишь центр картечью. Я замыкаю, держу спину и крупняк. Кира, ты в центре клина, прикрываешь Дока, Алису и Кота. Фид молча передёрнул затвор. Сухой лязг стали, знакомый, как стук собственного сердца. Дюк достал две гранаты из нагрудных подсумков. Повесил на грудь, чеками наружу, для быстрого доступа. Кивнул. Его лицо было спокойным, сосредоточенным. Триста метров рапторов его не пугали. Или пугали, но Дюк этого не показывал. |