Книга Милалика, страница 44 – Владарг Дельсат

— Привет, — слышу я тихий голос.

Обернувшись, вижу очень похожую на меня девочку в коротком платье, глядящую со страхом. По её щекам нескончаемым потоком льются слёзы. Она смотрит на меня, губы шевелятся, но услышать что-либо не получается.

— Привет, — говорю я ей. — Меня Милаликой зовут, а тебя?

— Беги, Милалика! — восклицает она. — Беги!

— Никого здесь не вижу, — слышу я знакомый голос, поворачиваясь.

Это что? Это моя мама? Нет-нет-нет! Это не может быть она! В тронный зал входит… мегера. Глаза злые, в руке — пучок прутьев, взгляд ищущий, но меня она не видит, да и Серёжу тоже — смотрит как будто сквозь. Моя собеседница начинает пятиться, да видно, уже поздно.

— Ага! — восклицает женщина, одним прыжком оказавшись рядом с девочкой и схватив её за косу. — Вот ты куда сбежала, мразь!

В глазах девочки — запредельный ужас, а я непроизвольно пячусь. Женщина, похожая на мою маму, волочёт девочку за волосы, платье малышки задирается, показывая отсутствие белья, а я сама чуть ли не в обмороке от страха. Серёжа обнимает меня, выводя из тронного зала, и последнее, что мы слышим, — девчачий отчаянный визг. Слухи, получается, не врут…

Серёжа меня буквально тащит к выходу, а я просто в ступоре. Эта злая гадюка не может быть той милой, доброй, хорошей мамочкой! Не может быть, и всё! Мне страшно! Жених хватает меня на руки, почти бегом выскакивая из дворца. Я дрожу в его руках, не в силах сказать ни слова.

— Милалика? — слышу я удивлённый возглас. — Но тебя же убили!

— Уб-би-били, — соглашаюсь я, дрожа все сильнее.

Собеседницей оказывается очень пожилая женщина. Она видит моё состояние, делает жест Серёже и ведёт его за собой по направлению к крестьянскому дому. Жених не возражает, он, в принципе, только пытается меня успокоить, а меня трясёт до жути, в ушах стоит крик, который нёсся нам вдогонку, причём я понимаю, с чем он связан, и на меня просто волнами накатывает ужас.

— Усади зазнобу, — командует пожилая женщина. — Сейчас чайком отпоим.

— Не ожидала любимая моя всё-таки, — вздыхает Серёжа. — Ребёнок она совсем у меня.

— Как Милалику убили, так сначала думали, что царица с ума сошла, — начинает рассказ женщина, наливая чай. — Пои царевну, сама она не сможет, вишь, как трясёт?

— Сейчас напоим, куда деваться, — жених мой очень ласково гладит меня, отчего мне спокойнее становится.

— А потом уже стало понятно: заперли добро смертью ребёнка, — продолжает она. — Теперь такое колдовство и не снять. Так что повезло, что не избили, как Несмеяну. Её-то каждый день до полусмерти лупят.

— Нас просто не увидели, — сообщает Сергей. — Поэтому мне в целом понятно, что делать.

— Ну, храни вас боги, — произносит женщина, глядя на то, как меня отпаивает жених. — Может, и получится чего.

— А Несмеяна — сестра Милалики? — интересуется мой любимый.

— Ты знаешь… Нет, наверное… — она погружается в размышления.

Отпоив меня чаем, но так и не получив ответа, Серёжа благодарит женщину, после чего выводит меня прочь. Слова нам сейчас не нужны, что делать, и так понятно. Мамочку мою могли просто заколдовать, но учитывая, что нигде не видно и не слышно батюшки, то ситуация может быть намного, намного более нехорошей. Ибо что-то сделать с царём — это уже не смешно, и нужно реагировать быстро. Одно дело, если у меня мамы не будет, я как-то переживу, а вот безвластие в такой стране — это очень-очень плохо. И раз мы можем что-то сделать, то надо поспешить.