Книга Три желания для золотой рыбки, страница 64 – Кристина Миляева

Расшифровав загадочные фразы предков, я почувствовала себя не просто свободной, а по-неземному окрыленной. Мне на голову спустилась благодать, окутывая спокойствием и умиротворением. Осталось пережить два дня и один бал — и моя судьба только у меня в руках. Теперь я знала, что все будет хорошо.

Не поужинав, я отправилась спать. День прошел продуктивно, и я могла похвалить саму себя за вознаградившиеся старания. Сон быстро сморил, и мне привиделись в легких тонах багрянца прыгающие через кусты Аугус и виконт. Они блеяли и кусали друг друга за козлиные хвосты. Наблюдать за ними было весело, и в то же время немного грустно. Мое подсознание как будто подсказывало выход из сомнительной ситуации, которого я пока не видела.

Утреннее солнышко заглянуло сквозь шторы и выдернуло меня из сновидения. Увы, я так и не поняла, к чему мне снилось непонятное представление с участием непонятных козлоподобных людей. Но сейчас мне было не до толкования сновидений: пора собираться в город на ежегодное благотворительное выступление для детей-сирот. Вся знать съедется туда, нельзя пропустить это величайшее событие.

Горничные медленно кружили возле меня, тихо обсуждая мой чарующий образ для великосветского мероприятия. Девушки вспоминали последние статьи в журналах мод. На знакомства с новыми тенденциями у меня не хватало времени, их прислуга изучала самостоятельно во благо своей госпожи.

Я сердилась от того, что мое драгоценное время тратилось понапрасну на переодевание, прическу и макияж. Даже перекусить в процессе облачения было нельзя. Все труды моей многочисленной армии, которая так усердно боролась за совершенную красоту своей хозяйки, могли пойти прахом от любого неосторожного движения или резкого жеста. Вот и приходилось мне страдать во имя идеального образа.

До благотворительного аукциона, проходившего на центральной площади столицы, я добралась злая, словно стая горгулий. Меня раздражало буквально все, начиная от неудобной обуви и заканчивая слишком туго стянутыми волосами. Хотелось вернуться домой, обратно в домашние растоптанные туфли и легкое платье, верхнюю юбку которого в любой момент можно снять и закинуть в кресло. Но нет, я стояла на площади наряженная по последнему слову моды, изнывая от скуки и душного воздуха.

— Я рада, — королева появилась на сцене, — сообщить вам всем, что на этот раз аукцион проводится не просто для сбора денег. Мы здесь собрались, чтобы отпраздновать нашу великую победу. Уже через день мой сын вернется домой с войны, и к этому событию мы приурочили грандиозное представление. Новый спектакль лучшего театра страны еще ни разу не демонстрировался публике. У нас с вами есть редкая возможность насладиться мастерством прославленных актеров. Если соберем достаточно средств, то часть пожертвований направим семьям, чьи отцы и сыновья не вернулись с войны. Мы поддержим их и даруем веру в лучшее. Докажем, что подвиг каждого воина никогда не будет забыт, навечно останется в нашей с вами памяти.

Я едва смогла удержаться от того, чтобы не закатить глаза. Конечно, будут они помнить. На войне даже примерных списков погибших не велось. Стоявшая рядом со мной баронесса все же хмыкнула и ушла, положив чек с некоей суммой денег в специальную урну. Я решила подождать до первого антракта, чтобы больше народу успело полюбоваться моим великолепным алым платьем, но быстро потеряла терпение, внесла свой скромный взнос и ускользнула из душной толпы.