Книга Муза желаний, страница 84 – Татьяна Волчяк

Под впечатлением от увиденного я не сразу сообразила, куда меня привели. Гила аккуратно посадил меня на кровать, но она точно не моя. Осматриваю комнату, вижу тяжелые портьеры, закрывающие окна. Приглушенный свет, мужская обстановка. Массивный бельевой шкаф, тумба и два кресла немаленького размера. Сама я сижу на темном покрывале здоровенной кровати с деревянными резными стойками для устойчивости и прочности спального места.

— Это мои комнаты. Здесь ты под присмотром, пока не поправишься. Стеснять тебя не буду, все в твоем распоряжении. Можешь принять ванну, а я пока принесу еды и рекомендации от целителя.

Гила вышел из спальни, а я упала спиной на постель. Пока мы шли сюда, я успела себя так накрутить, что готова была признаться во всех грехах. Надумала, что именно мой дар мог так повлиять на подростка. Но такого раньше не было. Воздействие на ауру всегда проходило положительно для человека. Значит, это не моя вина. Но все же стоит рассказать об этом Гилатеру.

Приняв душ, я обернулась три раза халатом Гилы, завязав пояс на талии. Прошла в комнату, ту самую, где мы впервые встретились с ректором. Громоздкий стол сейчас стоял на своем месте, а не был перевернут вверх тормашками. Документы полностью закрывают столешницу. Их здесь много. Нагромождение папок, книг, бумаг — все смешалось. На краю стола стоит огромная кружка и тарелка с недоеденным бутербродом.

— Ты когда-нибудь отдыхаешь? — покачала я головой.

— Конечно, но сама знаешь, сейчас не до отдыха, — усмехнулся появившийся ректор. — Принес тебе обед.

Он засуетился. Посмотрел на стол и, не найдя на нем свободного места, поставил поднос с едой на стул. Я поджала губы, чтобы не рассмеяться. Гила же почесал затылок, обдумывая, на чем мы будем сидеть. Покрутился вокруг себя. Что-то недовольно буркнул и предложил пройти в спальню. Взял стул вместе с подносом, поставил его напротив кресел в личных покоях и пригласил меня сесть в одно из них. Я не стала говорить, что спальня не предназначена для обедов, побоялась, что, если скажу, ректор сломается. Он совершенно не приспособлен к бытовым невзгодам. Для него это целая многоуровневая сверхспособность — организовать быт так, чтобы было удобно, и не споткнуться об очередной неправильно стоящий предмет мебели. А сейчас надо еще предусмотреть, куда усадить меня, чтобы отобедать. Задача и вовсе невыполнимая в его случае. Но он так старался, чтобы мне было комфортно, это не могло не подкупать.

— Спасибо, — поблагодарила я и, даже не ожидая от себя, накинулась на еду.

Не думала, что я настолько голодна. Схватила теплую булочку, макнула в сметанный соус, обильно налитый на мясное рагу, и со стоном оголодавшего зверя откусила первый кусок. Блаженство… Когда приступ обжорства прекратился, я откинулась на спинку кресла и утонула в его мягкости. Гила допивал свой чай из гигантской кружки, когда я решилась высказать свои опасения:

— Я могу быть виноватой в состоянии Пита. Хотя такого раньше не происходило.

Гилатер медленно поставил кружку на поднос и посмотрел на меня.

— Почему ты так решила?

Я встала и прошла к окну. Слегка отодвинула пальцем штору, посмотрела наружу, нервно сжала в кулаке край портьеры.

— Надеюсь, за укрывательство второго дара законом Интарии не предусмотрена каторга или какие-либо другие санкции? — попыталась я пошутить, пусть мне и было не до смеха.