Онлайн книга «Скорачи»
|
— Учитывая, что одежда на вас одинаковая, вы воевали? — интересуется царица. — Да, — кивает Сережа, умалчивая о том, какой именно для нас оказалась эта война. — Вот и устала моя хорошая, да еще и о наказаниях ваших почитала… — Они отменены! — безапелляционно заявляет она. — Такого точно не будет! Ходить-то может? — Пока нет, — качает головой любимый. — Но мы сейчас пойдем на ручки и отнесемся… — Я тяжелая для тебя, — почти шепчу я, потому что говорить очень уж тяжело. — Своя ноша не тянет, — отрезает Сережа, заставляя меня сдерживать слезы. — Не надо, — возражает царица. — Доверишься мне, девочка? Я осторожно киваю, через мгновение оказавшись в каких-то очень теплых, ласковых руках, отчего не могу уже выдержать и плачу. Я стараюсь сдержаться, но непокорные слезы бегут по моим щекам, при этом я не понимаю, что происходит. Мотив именно для такой истерики мне не ясен, я будто становлюсь младше, но нельзя же, я врач, я должна держать себя в руках. — Эх, сиротинушка… — вздыхает женщина, куда-то неся меня. — Все будет хорошо, как Милалика говорит. — Все будет хорошо, — подтверждает голос любимого. — Отдохнет моя Варенька и снова будет деток лечить. — Вы были лекарями на войне? — с ходу интересуется царица, внося меня куда-то. Я из-за слез не вижу, куда именно, только ощущаю что-то мягкое под собой. — До войны, — вздыхает Сережа. — Ездили на карете к больным детям и лечили их. Царица укладывает меня на что-то вроде кровати, а я так не хочу терять тепло этих рук, что плачу уже чуть ли не в голос. Но Сережа знает, что надо делать — он гладит меня, уговаривает, отчего я успокаиваюсь. Медленно, постепенно, но успокаиваюсь. Слезы иссякают, оставляя после себя глухую тоску. Ребенок я, на самом деле, а ребенку очень нужны тепло и ласка, а не петля на шее и полный ров трупов… Сергей Плохо Вареньке, совсем моей родной нехорошо. Судя по тому, что я вижу, она устала, адреналин ей хорошо точно не делает, ну и качели эти постоянные. Значит, нужно полежать. Глядя на то, как она тянется к женским рукам, я понимаю: нехорошая у нас ситуация, не удержала контроль Варенька, оно и понятно, на самом деле, сиротство остается навсегда. Находимся мы в трехэтажном доме, метрах в десяти от дворца. Уже интересно, потому как дворец ни с чем не перепутаешь. Либо собрали нас в качестве игрушек, во что я не верю, либо… либо не врут. Мальчиков, насколько я видел, отделили и куда-то увели, что, в принципе, логично. Меня не тронули, понятно почему. На разлуку Варя неизвестно как отреагирует, да и я тоже. Женщина эта, принесшая Вареньку, уходит, а я продолжаю осматриваться, пока моя хорошая дремлет. На этот раз нас, похоже, поселили в гостинице: комната одна, обои темно-зеленые, гардины на окнах, стол, три стула, кровать, шкаф, санузел, все. Несколько лет жить в таких условиях, в общем-то, не проблема, я и не в таких условиях жил. Судя по спокойному дыханию, Варенька моя спит. Вот и хорошо, она пусть отдохнет, а я подумаю. День сегодня настолько богат событиями, что у меня просто нет слов уже. Даже я, на самом деле, усталость чувствую и серьезную. Сейчас бы всосать чего-нибудь высокоградусного и спать, но это технически невозможно: мне сейчас двенадцать. Что будет, кстати, когда детская психика возьмет свой реванш, я представить не могу. Хорошо, если на слезы пробьет, а если на совсем другие вещи? Подготовка-то у меня о-го-го какая… |