Книга Волчьи тропы, страница 7 – Рита Аристова

— Пропуск. — Протянул мужчина руку ладонью вверх. Вот и наступил час расплаты за рассеянность.

— Он был. — Начала я свою оправдательную речь. — Правда. Но остался в рюкзаке, а рюкзак в машине. Нас преследовали и пришлось бежать. Мне так сказали. В тот момент я забыла о пропуске, документах и деньгах. — С каждым словом мой голос становился всё грустнее, а взгляд Дарвина всё мрачнее.

Губы мужчины сжались в тонкую линию. Затяжное молчание приводило меня в состояние ужаса. В жилах стыла кровь от осознания своего, наверняка, не радужного будущего. Глупая моя голова! Неужели так сложно было, прихватить рюкзак!

— Простите. Я понимаю как это выглядит. Я... я могу вернуться за рюкзаком, если машина всё ещё на месте. Он там на заднем сидении лежит, а в нём пропуск. — Становился мой голос тише с каждым сказанным словом. И сама понимала как глупо выгляжу.

«В зайце — утка, в утке — яйцо, в яйце игла — смерть Кощея!» — Усмехнулась я мысленно.

Человек, сидящий напротив поднялся с места и теперь глядел на меня с высоты своего роста. Прихлопнет и мокрого места не останется. Поёжилась от неприятного ощущения чужой силы, способной уничтожить маленькую меня.

— Я закрою кабинет на ключ. Сиди здесь. В бумагах не рыться, на помощь не звать. Поняла? — Прозвучало отрывистое и недружелюбное.

— Да. Мне некого звать на помощь. И бумаги мне ваши не нужны. — Зачем-то высказала, что думала.

Дарвин, как звал его мой лысый конвоир, имени которого я не знала, вышел и запер дверь с той стороны. Я осталась одна в просторном кабинете, столь же неприветливом как его хозяин. На столе куча аккуратно сложенных листов и какие-то папки. Ни одного цветочка в горшочке. Наверное, даже кактус загнулся бы от витающего тут в самой атмосфере напряжения.

Время шло, а мужчина не возвращался. Я занервничала ещё больше. Решалась моя судьба. Она в руках того, кто смотрел на меня волком без всяческой симпатии и жалости. А выглядела я действительно неважно и могла бы вызвать сочувствие. Элементарное. Человеческое. Ладони ободраны, джинсы обчёсаны. Упала ведь на асфальт и наверное, от прилива адреналина, что удалось улизнуть от преследователей, и перелома бы не заметила.

Сидела не шевелясь и тело затекло от неподвижности. Глаза слипались от недосыпа и я проваливалась в дрёму, привалившись спиной к спинке стула, а головой к стене. Когда в замке повернулся ключ, резко вынырнула из сонливости и проморгалась. В кабинет вошёл Дарвин. Выглядел он жутко. Плечо в крови, которая стекала по руке.

Мне конец. Точно. Что это вообще за место такое? Почему отец посчитал, что мне будет безопаснее в Проционе, чем в доме, в котором я жила с рождения? Может, не стоило его слушать? Могла обратиться в полицию. Накатать заявление на Стаса. Если бы и Рекс переступил черту, то и на него.

Зачем я сдалась последнему вообще не понимала. Возможно, он за меня заплатил тому Гоблину. Деньги... Их можно отработать и отдать. Полиция... Рекс у них на хорошем счету, судя по всему. Плохая была бы затея привлекать стражей правопорядка.

Дарвин подошёл к сейфу, открыл его и достал оттуда шприц. Он будто забыл, что я тут сижу и всё вижу. Вогнал иглу в кожу и глазом не моргнул. Я наблюдала, не выдавая своего присутствия. Холодный пот струился по спине. Взмокла как мышь. Когда мужчина обернулся, я была близка к потере сознания.