Книга Рукопись, найденная в Выдропужске, страница 108 – Анна Дашевская

После ужина Ирина увела мальчишек спать. Потом выглянула на веранду и сказала мужу:

— Не смей без меня ничего рассказывать, прокляну!

— Не буду!

— То-то же!

Она бесшумно исчезла в дверях, а Алябьев руками развёл.

— Простите, ребята, но придётся вам подождать. Пока предлагаю раздуть самовар и заварить чай.

Самовар – настоящий, на шишках, а не электрическая подделка – давно вскипел, заварочный чайник стоял и согревался на его макушке, завершая собою композицию, а хозяйка дома всё не приходила. Мы поговорили о сортах чая и о кофе, я припомнила историю о том, как мы охотились за редким изданием кулинарной книги Александровой-Игнатьевой, потом Сергей красочно описал все виды пельменей, какие ему довелось попробовать в последнем путешествии. Наконец мы выдохлись и замолчали, только одинокий осенний комар не оставлял попыток поддержать беседу.

— Ну простите, никак меня не выпускали, – Ирина вошла и плотно прикрыла дверь. – Это ты виновата, Алёна, если бы я не начала им читать твоего «Гомера Прайса», вырвалась бы куда раньше.

— Надо будет им завтра подать идею, что можно читать с фонариком под одеялом, – ответила я. – А теперь, господин майор полиции, рассказывай же, где у тебя образовался прорыв!

— Именно в том, что тебя может интересовать, – всю весёлость с Алябьева как ветром сдуло. – И прошу всех присутствующих учесть, что вся информация строго для внутреннего употребления.

— Перед прочтением сжечь, – кивнула я.

— Так вот, для начала к тебе вопрос: что ты знаешь о банковских индивидуальных хранилищах?

Я нахмурилась.

— Ну… сама я никогда не пользовалась. Знаю только, что сейчас они мало где остались, почти все банки эту услугу ликвидировали. По-моему, из-за террористической угрозы.

— И поэтому тоже, – согласился Алябьев. – Так вот, мы среди прочего проверили, не было ли у покойной Вероники Корских арендовано такое хранилище.

— Раз ты об этом говоришь, наверное, было. Хотя я не вполне понимаю, зачем, в квартире, где они с Балаяном жили, был сейф, это мне известно.

— Был и есть. Тогда второй момент: помнишь, мы говорили о том, что нашли человека из её прошлого?

— Да. Назаров, кажется?

— Назаркин. Его мы отыскали. Он совершенно точно не убийца, потому что последний месяц лежит в больнице со сломанной ногой. В городе Улан-Удэ. И как вы все понимаете, возможности добраться до Москвы, пройти по чердаку, убить Веронику и вернуться на больничную койку у него не было.

— Хорошо, допустим. А жильцы подъезда? – приняла я предложенную игру.

— Не буду перечислять, просто поверь, никто из них не имеет отношения к смерти госпожи Корских.

— Ладно, поверила. Тогда чего мы не знаем, где незаметная дыра?

— Момент первый: все знакомые Вероники, с кем мы говорили, отзываются о ней очень хорошо. За одним исключением, и это Балаян. Момент второй: на сейфе, который имеется в квартире, есть отпечатки пальцев Вероники, но очень старые. Примерно годичной давности.

— Да ладно! – не выдержала я. – Неужели они бы сохранились так долго?

— Сохранились бы, – кивнула Ирина. – В помещении, никаких сторонних активных воздействий, нечему было их повредить. Конечно, на ручке, кнопках, поверхности полок, наружной стороне дверцы их затёрли отпечатки Балаяна, но в нескольких местах, к которым прикасаются редко, следы пальцев Вероники остались.