Онлайн книга «Искатель, 2008 № 01»
|
Они простились. Анна упорхнула в осеннюю полумглу, а Ивашка долго смотрел ей вслед. Магазин уже был закрыт, и он задумчиво стоял на крыльце и втягивал носом воздух. Так много она сказала ему в первую их встречу, так много подтвердил он своим молчанием или дурацкими ответами… Но он больше всего на свете хотел вернуть этот вечер. Вечер, имя которому «Анна». 3. Вечный приют мисс Иго-го Языческое сердце логова загорелось черной свечой древней ворожеи. Дверь дома распахнулась, и многочисленные гости — кто на помеле, кто в великолепном полированном ящике с крышкой и бронзовыми ручками, кто на собственных крыльях, кто на летающем самокате, кто на невидимом воздушном шаре — начали причаливать возле нее и входить в дом. Начнется темный карнавал, где нежить из ночных кошмаров, существа, которых нет вовсе, полночные твари — создания с очень необычной генетикой, тончайшие субстанции умерших сотни лет назад в этот день и потому живущих вечно, — могут открыто представать такими, какие они есть на самом деле, или, как выражается Ма, наряжаться сами в себя. Бывают замки с призраками, которых боятся все жильцы. Жильцы логова алчно мечтали об этих многочисленных призраках, с которыми не виделись с того момента, как предыдущее логово кануло в Лету. Совершенно неожиданно чугунные чудовища на решетках забора со скрежетом выгнули чешуйчатые спины и, стряхнув с них несколько первых снежинок, спрыгнули на промерзшую землю. Прибывающие гости не обратили на них никакого внимания. — Устаешь годами торчать здесь и ждать, когда День клана придется на полнолуние, — сказало одно чудовище. — Что ж, а помню, как стоял я за спиной Цезаря да нашептывал ему, так, шутки ради, что и он смертен… — Не один ты из преторианской стражи, — прошипело второе, — клинки из дамасской стали на весенней ярмарке по сниженной цене посоветовал пускать как раз таки я. — В результате — прокляты оба, — весело завершило диалог первое чудовище. — Пошли в логово, пришло время обогреться да обсушиться! Па в этот день вылез из бутылки. Он был, как и прежде, Вечно Юный, но на самом деле — прожил мафусаилов век. На нем были золотые шаровары, красный жилет, широкий пояс, туфли с загнутыми вверх кончиками и вышитая драгоценными камнями чалма. После последнего пожара, который пожрал прежнее логово, минуло много сотен лет, и вот клан соединился. Некоторые впервые видели Иванушку, но это были совсем молодые члены семьи. Огромным зубастым зверем ворочалось осеннее полнолуние, сторожившее покой всех проклятых в эту ночь. — Посмотри, Иванушка, — сказала тетечка Клео, сравнивая свою узкую, желтую сухую ладонь мумии, которой место в реликтовом музее, с широкой, розовой и полной жизни ладошкой юноши. — Разница только в линиях на наших дланях. Моя линия жизни почти не видна. А много веков назад она была ровной, сильной, но обрывалась посередине. А твоя переходит в линию ума. Это хороший знак, он приведет тебя к счастью. — Мое счастье — быть вместе с кланом, — сказал Ивашка, но мысли его были далеко. Тетечка Клео посмотрела на него длинными карими глазами, подведенными черной краской, поправила головной убор и слегка приоткрыла карминные губы. — Ты знаешь, что я умею читать мысли, — улыбнулась она, — твои мысли путаются в голове, с тобой случилось какое-то невероятное событие, которое, впрочем, предначертано на ладони, если вглядеться в нее… |