Онлайн книга «Искатель, 2008 № 02»
|
Матвей крутанул диафрагму, сужая и удлиняя луч, и направил его в самую черноту прохода. Луч вонзился в нее и растворился в ней. Что ждет их за этим плотным бархатным покрывалом? Какие неожиданности, какие опасности? Что ж, пойдем и выясним. Быстров втянул в себя воздух. Крылья носа затрепетали, различив среди миазмов пыли и плесени знакомую ниточку йода. Совсем некстати он вспомнил свой последний отпуск. Десять дней блаженного безделья в жемчужине Крыма, санатории «Меллас». Сосны, галька, фрукты. А еще отдыхающие — преимущественно женщины, и преимущественно одинокие, либо ощущающие себя таковыми под солнцем юга. Они улыбались, одаривали намеками, поигрывали бровями и бедрами. Быстров оставался глух и слеп. Его дни были заполнены исключительно любованием вечно изменчивым морем! Равнодушный к пересудам и подозрениям в нетрадиционной ориентации, он бродил по берегу и... Вот так же пахли выброшенные на берег водоросли. Отдых был прерван срочной депешей из Москвы: ему приказывали «разобраться» с бандой Хромого Хомы. Ознакомившись с посланием, Матвей надорвал листок в том месте, где находилась черная пиротехническая метка. Бумага стала сворачиваться, крошиться, пока не обратилась в пепел. Собрав вещи, Матвей вышел на пирс, чтобы попрощаться с волнами и горизонтом, постоял, напитываясь красотой и волей, и отправился к административному корпусу, где ждала машина с гонцом от полковника Ухова. Встречные дамы провожали его взглядами, полными облегчения. Этот странный молодой человек раздражал их, поскольку нарушал правила поведения на курорте. С его отъездом все покатится по накатанной колее. Им так этого хотелось! Час спустя Матвей был на аэродроме, а ближе к вечеру — в Овражске. И закрутилось... Трудное было задание, да только — прав Ухов — нынешнее, похоже, посложнее будет. Во всяком случае, если в Овражске ему и встречались кошки, это были миролюбивые Мурки и Васьки. А тут такие твари... Отчаявшись разглядеть, что впереди, Быстров перевел луч фонаря на лицо девушки — осторожно перевел, чтобы не ударить по глазам, остановив световое пятно в районе виска, около маленького аккуратного ушка. Лисичкина уже не плакала. На ее припорошенных пылью щеках слезы проторили извилистые дорожки. «Сад расходящихся тропок» — опять-таки не ко времени и не к месту вспомнил Матвей название знаменитого рассказа Борхеса. Хороший рассказ, очень хороший, приятно будет перечитать. Но это потом, а пока — делом надо заниматься, делом! — Вы как, Марина? — Ничего, — срывающимся голосом произнесла девушка. — Тогда в путь? Помнится, вы что-то говорили о сокровищах. С детства люблю весь этот набор: Карибское море, сундуки с дублонами, пираты, пиастры, пиастры! А вдруг они — там? — Матвей указал свободной от фонарика рукой на черный занавес. — Не пиастры, конечно, не та территория, а... что? Страсть как интересно! Наверное, это что-то вроде пещеры Али-бабы. Жемчуг, яхонты, золотые слитки... Девушка через силу улыбнулась, но глаза ее тут же снова заволокло слезами. — А мутакоты? — Сколько их тут? Ну не тысячи же. Справимся. — Не тысячи, но — много. — Знаете, — уже серьезно, не играя попеременно в супермена и юного поклонника книжек Стивенсона, сказал спецагент, — другого варианта все равно нет. Не помирать же тут! А мутанты... Здесь они могут напасть на нас с тем же успехом. |