Онлайн книга «Искатель, 2008 № 04»
|
— Петров. — Черт с ними, с Петровыми! Не в них дело. И даже не в Баскакове. Главное, что Ким одной ниточкой с Ямпольским связан. Почти его правая рука. А какой поп, такой и приход... Народ быстро это сообразит. Народ у нас не дурак. Слушая все это, Щепкин никак не мог понять Афонина. Показалось, что тот совершенно искренне считает Баскакова подлецом, а себя кристально честным борцом за интересы народа... Возможно, поэтому Щепкину никогда не стать губернатором или депутатом. Не умеет он перевоплощаться, не может врать с честными глазами... А Афонин может. Он артист первоклассный. Дальнейшая беседа походила больше на инструктаж. Щепкину пришлось даже сесть за стол, отложить барсетку с премией и записывать указания руководства. Чувствовалось, что план битвы за второй срок губернаторства был продуман до мелочей. Афонин говорил об организации суда над Баскаковым, о необходимости «утечек» информации в ходе следствия, о группах скандирования, о лозунгах, о палаточных городках в центре Дубровска, о создании отрядов спасения демократии. — Все продумано, Виктор. Вскоре начнем их обучать в бывшем пионерлагере. Сначала сотников, потом десятников. Цвет вот только не могу придумать для флагов, шарфов, бантиков. — А с цветом-то какая сложность? — Ты не прав, Виктор... Цветов много, но все заняты. Черный — траур, белый — поражение. Красный и коричневый по понятным причинам не подходят... Зеленый — ислам. — А если голубой. Цвет неба и... — Стоп! Ты на что меня толкаешь? Ты бы еще розовый предложил... У нас регион традиционных взаимоотношений. Мы не Амстердам какой-нибудь. — Может быть, оранжевый? — Я, Виктор, думал об этом. Но не поймут нас люди. Засмеют. Получится какой-то фарс с горилкой... Я пока склоняюсь к сиреневому. Афонин замолчал и отошел к окну. Глядя на пустынную площадь, он представлял на ней толпу с сиреневыми флагами. У всех одинаковые галстуки, а у девушек косынки или даже платья. Все хором скандируют: «А-фо-нин!» Даже сейчас, после ареста Кима Баскакова, у соперника Афонина еще оставались шансы. Но такого сиреневого напора Ямпольскому не выдержать. Сила толпы увлечет неустойчивых избирателей... С трудом Афонин отошел от окна и возобновил беседу: — Я тебя, Виктор, не только из-за премии вызвал. Есть для тебя очень конкретное задание... Утром мне звонил австрийский бизнесмен. Хочет построить у нас конфетную фабрику, гостиницу и еще что-то. — Отлично! Перед выборами это просто подарок... Западные деньги устремляются в Дубровск! Новые рабочие места, передовые технологии. — Я все это понимаю и сам... Так ты, Виктор, устрой австрийца в нашем гостевом домике. Приставь к нему надежного человека. — А он надолго? — На месяц. Или на два... Он и отдохнуть у нас хочет. Возможно, и до выборов его задержим... А ты срочно изучи его биографию, связи, привычки и все такое. — С иностранцами это сложно. — Он не совсем иностранец. Он бывший наш... Запиши его данные: Стас Силаев из Вены. Фирма «Красс». Еще в Москве Олег кое-что узнал об адвокате Хлебникове, который за два дня до этого улетел в Дубровск. Сведения были обрывочные. Неясно, кто его нанял для ведения дела Кима Баскакова, почему выбор пал именно на молодого Сашу Хлебникова, а не на какого-нибудь зубра с высокомерной улыбкой, животиком и бабочкой. |