Книга Тайна из тайн, страница 30 – Дэн Браун

«Капитан, — вмешался Харрис, — какую выгоду Кэтрин Соломон могла извлечь...» «Позвольте спросить вас, профессор, — перебил Яначек, снова обращаясь к Лэнгдону. — Насколько я понимаю, мисс Соломон пишет книгу, не так ли?»

«Все верно.» Несмотря на то, что Кэтрин упоминала о своей книге на лекции прошлым вечером, Лэнгдона встревожило, что этот человек осведомлен о ней.

«Более того, — продолжил Яначек, — насколько я знаю, эта книга поддерживает существование паранормальных способностей, таких как ясновидение, предвидение и тому подобное — специализация мисс Соломон. Мне кажется, новость о мистическом сне, спасшем отель, полный людей, очень помогла бы авторитету ее книги... и продажам?»»

Лэнгдон уставился на офицера в полном неверии.

— Капитан, — Харрис явно был так же шокирован. — Ваши намёки совершенно...

— Единственно возможное объяснение, — сказал Яначек.

— Сэр, — тихо произнёс Лэнгдон. — Вы что, подразумеваете, что пожарная тревога и… кошмар были какой-то рекламной акцией?

Яначек усмехнулся и затянулся сигаретой. — После тридцати восьми лет следственной работы, профессор, я думал, что видел всё. Но в вашем мире социальных сетей меня постоянно поражает, на что люди готовы пойти ради внимания медиа… чтобы стать «вирусными», как вы, американцы, любите выражаться. Ваш план был, надо признать, гениален — удивительно безопасен и прост в исполнении.

— Как вы можете называть закладку бомбы безопасной?! — возмутился Лэнгдон. Харрис промолчал.

— Вы сами позаботились о безопасности, — повторил Яначек. — Бомба, которую мы нашли, была весьма мала и размещена в подвале, где нанесла бы минимальный ущерб. Вы позвонили анонимно, чтобы взрывчатку нашли до того, как кто-то пострадает.

Собаки в холле…

— Кстати, — добавил Яначек, — корона из шипов — хороший штрих, очень запоминается на записях с камер.

Лэнгдону стало дурно. — Сэр, это полная ерунда.

— Если вы так считаете, — сказал капитан, — возможно, вы не знаетеправду. Может, вы не так хорошо знаете Кэтрин Соломон, как думаете. Может, она всё это провернула за вашей спиной, используя вас как невольного сообщника.

Лэнгдон отказался удостоить эти слова ответом.

— Я довольно искусен в раскрытии правды, профессор, — равнодушно промолвил Яначек, — поэтому мне не терпится услышать версию мисс Соломон. Если ей действительно приснилось то, что сбылось, тогда, возможно, она невиновна. Но это значило бы, что Кэтрин Соломон способна видеть будущее, что делало бы её поистине уникальной. Она настолькоуникальна, мистер Лэнгдон?

Сарказм в голосе Яначека не оставлял сомнений: теперь Лэнгдону и Кэтрин предстоит тяжёлая битва. Виноват, пока не доказана невиновность.

— А теперь последний вопрос, — сказал Яначек. — Где сейчас мисс Соломон?

— Встречается с коллегой, — коротко ответил Лэнгдон.

— С кем?

— С тем нейробиологом из Чехии, о котором я упоминал — с доктором Гесснер.

— И встреча состоится в его лаборатории? Лэнгдона удивило, что офицер об этом знает.

— Не волнуйтесь, — сказал Яначек. Он достал записку. — Я взял это из вашей спальни вместе с паспортами.

Это была записка, оставленная Кэтрин. Яначек просто проверял его.

— В котором часу встреча?

— В восемь утра, — ответил Лэнгдон.

Яначек глянул на часы. — То есть через несколько минут. Где эта лаборатория?