Книга Тайна из тайн, страница 269 – Дэн Браун

— Нелокальное сознание… — прошептал он. — Кэтрин была права.

— Я понял! — объявил Лэнгдон, выбегая из ванной и направляясь к выходу. — Нам нужно идти — потом объясню!

Что понял?! — в недоумении поспешила за ним Кэтрин. Погоди!

Когда она добралась до двери, Роберт уже несся вниз по темной лестнице. Настигнув его в прихожей, она увидела, что он стоит на коленях на коврике у двери квартиры Саши, словно пытаясь нащупать что-то под дверью. Что он делает? — Роберт, у нас же есть ключ, если…

— Это было даже невозможно! — воскликнул он, вскакивая на ноги, суетливо залезая в карман и доставая листок бумаги, который Кэтрин узнала — это была записка, найденная ранее под дверью Саши.

К изумлению Кэтрин, Лэнгдон несколько раз пытался просунуть записку под дверь, но каждый раз она упиралась в плотную резиновую прокладку, установленную для защиты от холода.

— Это было даже невозможно, — повторил Лэнгдон, наконец поднимаясь. — Я видел эту прокладку раньше, но не сообразил. Просто так записку сюда не засунешь!

— Понимаю это, — сказала Кэтрин, — но я всё же…

— Ты не видишь, Кэтрин? Записку оставили не снаружи… Тот, кто это сделал, был внутри квартиры всё это время!

По спине у нее пробежал холодок. Он прятался внутри. — В прихожем шкафу… — прошептала она, представив темноволосого русского, ожидающего подходящего момента… выходящего из шкафа… подсовывающего записку… громко стучащего по двери изнутри… и снова скрывающегося в шкафу. Блестящий трюк. И Саша, и Роберт попались на удочку.

— Нет, — сказал Лэнгдон, и лицо его побелело. — Не в шкафу. — Он выглядел так, словно переживал одно из самых страшных потрясений в жизни. — В шкафу никогоне было. Укрытие было… куда изощреннее. — Теперь его голос дрожал. — Не могу поверить, что я не заметил…

— Что именно? Я не понимаю.

Лэнгдон поднялся. — Ты говорила об этом на своей лекции вчера вечером, — он пристально посмотрел на Кэтрин. — Ты описывала это как доказательство нелокального сознания… подтверждение того, что наш мозг — приемник, и если он поврежден, сигналы могут путаться…

— Ты про синдром внезапной гениальности? — удивилась она. — Ладно, но я не вижу связи…

— Нет! То, что ты сказала сразу после этого!

Кэтрин на мгновение задумалась, вспоминая последовательность своей лекции, и вдруг осознала, о чем говорит Лэнгдон. Лишь секунду спустя она поняла, что он пытается ей сообщить. — О… Роберт… неужели ты думаешь…

— Я нашел это в ванной, — сказал он, поднимая что-то крошечное, зажатое между большим и указательным пальцами. — Оно прилипло к его грязной ермолке.

Кэтрин увидела, что держал Лэнгдон.

Если он был прав, все их представления о фигуре голема рассыпались в прах.

Пар окутывал душевую лаборатории в Бастионе Круцификс. Голем запрокинул голову, наслаждаясь мягкими струями воды на лице. Он аккуратно провел ладонями по щекам, чувствуя, как с кожи сходят последние засохшие частицы глины... последние следы Голема растворяются без остатка.

Проводя руками по голове, он с досадой осознал, что от усталости забыл снять подшлемник. Нащупав кончиками пальцев край обтягивающей шапочки, он оттянул ее ото лба, морщась, когда она соскользнула назад, неизбежно вырвав несколько волос с корнем.

Голем бросил шапочку на пол и осторожно помассировал кожу головы, позволяя воде промыть густые волосы, смывая остатки грязи. Лишь убедившись, что вода, уходящая в слив, стала абсолютно прозрачной, он вышел из душа.