Книга "Студент: Месть", страница 48 – Юрий Кузьмичев

— И что, реально не испугался и на ствол пошел? – удивленно спросил меня рыжий парень.

— Ну, во-первых, привет, пацаны. А во-вторых, чего боятся то? Особенно если видишь, что лох ствол с предохранителя не снял? – улыбнулся я. После моих слов весь стол грохнул смехом. Вова одобрительно обнял меня за плечи и, задорно смеясь, махал рукой своим товарищам в неопределенном жесте.

— Падай! Ща похавать закажем. Тоже вот только пришли. Это с тобой панда? – пошутил Вова, посмотрев на Мишу.

— Это не панда. Это Медвежонок. Или Михаил, – поправил я Вову, когда увидел, как Миша набычился и слегка наклонил голову вперед и вниз. Я давно заметил, что парень обычно так делал, когда злился, – отличный пацан и мой друг. Так что прошу с уважением.

— Да не вопрос. Друг Славы наш друг. Да, пацаны? – Вован глянул на ребят, и те закивали, – так чо? Пожрем?

— Через 15 минут, - я кивнул в сторону Фомы и мужика рядом с ним, что сидели от нас через три столика, – поговорю и вернусь. Без меня только все мясо не сожрите. Идем, Миша.

— Чот ты зачастил к Фоме гонять, – нахмурился Вова и покосился на люберецких, – но лады. Давай мы пока закуски закажем и пивка еще, – я одобрительно кивнул и подошел к месту дислокации Фомы. Тот сидел на этот раз не сбоку, а по середине стола. Рядом с ним располагался кто-то новый из его бригады и пил пиво. Еще двоих, косящихся в нашу сторону качков, срисовал сбоку через столик. Повернув лицо назад, увидел у входа Рэмбо с маленькой чашкой вареного кофе в руке. Казалось ему совершенно не интересно, что происходит в зале, и он просто сидит за столиком и наслаждается горьковатым напитком, но я то знал, Фому он теперь срисовал навсегда.

— Я смотрю ты сегодня без своего родственничка, – ядовито улыбнулся Фома. Вид у него был крайне угрюмый.

— Да и ты Фома как погляжу без вдовы и Рыжего пришел, – ответил я колкостью на колкость, пока мы с Мишей садились за стол, – приболели?

— Типа того, – Фома поморщился и пристально немигающим взглядом посмотрел на меня. Помолчали какое-то время, а потом он не то спросил, не то сказал утвердительно, – документы я так понимаю ты не взял.

— Даже если бы и взял, отдавать их тут некому. Вдовы то нет, – пожал я плечами.

— К черту вдову! Я тут за нее – а значит отдать их надо мне, – ударил по столу кулаком Фома, не сдержавшись.

— Фома. Давай подытожим, а то меня братва ждет, – я придвинулся ближе к мужчине, поставил на столешницу локти и скрестил пальцы рук перед собой, – вкладываться в общее дело, я так понимаю, ты не хочешь. Денег нам вдова возвращать тоже не собирается. Это два. Ну, а раз такое дело, то и о документах и речи быть не может, это три, – я пожал плечами и вопросительно посмотрел на люберецкого бандоса, – к тому же повторюсь, тут и вдовы то нет. А вдруг она передумала? Или оформила сама бумаги и сбежала с рыжим любовником на Черное море?

— Еще раз повторяю, на хер вдову. О документах ты со мной договаривался, - волоком смотрел на меня мужчина напротив.

— А мы вообще много о чем договорились, что не срослось, – пожал я плечами, – договаривались, что будет вдова на этой встрече. Договорились о том, что вместе будем делать дело по кооперативу. Лазарь Моисевич договаривался, что деньги с покойным компаньоном у него по полам все. Много договорённостей и все телепаются. А в это время Лазарю перевернули хату на неделе и что-то там активно искали. Интересно что?