Книга "Студент: Месть", страница 45 – Юрий Кузьмичев

— Но это же обман! – возмутилась святая простота, - А как же он назад появлялся то?

— Ловкость рук и никакого мошенничество, мой дорогой друг, – от моих последних слов хохотнул даже водила, который весь наш разговор от скуки грел уши, – потом покажу тебе. Но не это главное – главное запомни урок. Если тебя зовут играть на деньги, уйдешь ты гарантированно без денег. Понял?

— Да, чего уж. Жаль только денег теперь совсем не осталося, – погрустнел Миша.

— Не вешай нос. За то, что сегодня меня прикроешь заплачу тебе полтос. И обед тоже с меня. Так что не унывай, – ткнул я парня кулаком в плечо, и тот и правда приободрился, - А вообще. Ты, дружище, еще ломщиков не видел.

— А это кто?

— А это, – я понизил голос и нагнулся к Мишиному уху, – такие ребята. Которые в руках при тебе держат большую пачку денег и отсчитывают на твоих глазах купюры. Ну, например, 300 рублей разными купюрами, а потом отдают лоху. Тот считает – а пятака или десятки не хватает! Ломщик берет всю пачку и на глазах лоха пересчитывает заново. Извиняется, что был не прав, достает из кармана недостающий пятак и вместе с прошлой пачкой денег возвращает лоху.

— И чего?

— А того! Что большую пачку то на глазах лоха считали. Пересчитывать не будет. А потом когда кинется – там не 300 рублей, а сотка мелочью! А ломщика уже и след простыл.

— Это в тюрьме такому учат? – удивленно посмотрел на меня парень.

— Там много чему учат, брат, – хлопнул я парня по коленке, – О! За разговором почти приехали, – мы и правда Как раз подьезжали к ресторану.

Волга Лазаря Моисеевича уже стояла рядом с заведением, когда мы выгрузились из такси. Поздоровавшись с водителем компаньона, я попросил его «покурить» с Медвежонком, пока я разговариваю со своим партнером по кооперативной деятельности.

— У вас заказано? – встретил меня официант, когда я вошел внутрь. В ответ лишь кивнул на дальний столик у стены над которым висела зеленая виноградная лоза, и грузинский паренек проводил меня к Лазарю. Который как обычно был одет с иголочки, но при этом выглядел каким-то взлохмаченным.

— Добрый день, Лазарь Моисеевич. Вы чего то какой-то взъерошенный? Случилось чего? – весело спросил я, садясь за столик, – боржоми, шурпу и шашлык, – сразу же продиктовал я заказ официанту, тот старательно все записал и исчез.

— Вы таки поразительно веселый, молодой человек. Так, что аж подташнивает, – мрачно ответил мужчина, потом пододвинулся к столу поближе, нагнулся и часто зашептал, – я сегодня заехал на свою квартиру! Там погром! Форменный погром! Все перевернуто! Места живого нет! Вот чего я такой, с позволения сказать, взъерошенный, – последнюю фразу мужчина сказал уже в полный голос и обмяк на стуле.

— Ну, понятно. Фома решил пойти по жесткой линии, – фыркнул я и кивнул своим мыслям, – ожидаемо. И это даже хорошо.

— Чего хорошего? Вот скажите мне, Слава, чего хорошего тут?

— Наш оппонент паникует. У него нет ни женщины, ни документов, – я отпил с горла боржоми, который как раз принесли, – и это хорошо.

— А вдруг он сегодня нас вообще побьет? Вывезет таки в лес и… Ой, мамочки, – Лазарь всплеснул руками и посмотрел в потолок, – зачем я во все это влез? Зачем?

— Не побьет. Собственно вам в «Русь» ехать и вовсе не зачем, – я поблагодарил официанта и начал аккуратно есть суп, который он принес и от которого шел одуряюще вкусный аромат, – о Фоме можете больше не беспокоится. Так или иначе в течении следующей недели вопрос с ним будет закрыт. Так что покукуйте недельку на даче. У вас там телефон проведен?