Книга Студент: Долгопа, страница 70 – LikanTrop

— Да шо то такси? Я к тебе бойца уже выслал. На девяточке прокатит с ветерком! Ждем, — сказал он и разъединился. В трубке пошли короткие гудки, а я еще пару секунд смотрел на нее, качая головой.

Ну что ж. Похоже, засуетился Журик. Интересно, он ночью-то вообще спал? Или мешки ворочал до утра и звиздюлей от старших получал? Представив, какой кипиш я устроил Вору с черными зализанными волосами, я улыбнулся и пошел в душ. Вода была горячей, пар заполнил пространство между кафелем и шторкой, и мысли текли лениво, но в нужном направлении.

Вот тоже интересно: чтобы я делал сейчас на месте Журика? Понятно, искал бы деньги. Но где? То, что он ломанулся к Черному, понятно и ожидаемо. Я бы на его месте думал бы на Хромого первым делом. Мужик сидел-сидел на городе, все чин чинарем. И тут проблема одна за другой, сына, опять же, шлепнули. А потом — бац! — он исчезает, и денег в поставке, которую он у лобненских изъял перед исчезновением нет. Где деньги? Так, скорее всего, Хромой и упер — на безбедную старость, в тишине и покое.

Так что приезд Журика к Хромому я предвидел и намеренно не стал предупреждать о нем Черного. При всем уважении к уголовнику, хрен его знает, какой он актер. Знай он заранее, за что будет базар, вполне мог и выдать это знание. У большинства Воров нюх, как у волков, и умение читать по лицам. Почуй Журик откровенную ложь про баксы, тут же начал бы раскручивать коготками Черного, как кот клубок ниток. Ну а раз он уехал — значит, задумка сработала. Искреннее недоумение Паши убедило Вора, что Черный не при делах. Ай да я. Ай да молодец.

Выйдя из душа, выглянул в окно — белая «девятка» уже стояла у подъезда, мотор работал на холостых, из выхлопной трубы валил пар на утреннем морозце. Одевшись на всякий случай в лучшее — мало ли куда получится сегодня заехать, — я вышел из квартиры и двинул по лестнице вниз. Минута — и я уже в тачке, еду с бойцом брата со смутно знакомым лицом, который, улыбаясь, рассказывает мне какую-то нехитрую новость, перекрикивая радио, хрипящее из динамиков.

— Как в доме-то разместились? — поинтересовался я у паренька. — Шикуете?

— Да ты чё! У младшего сержанта Ткаченко хрен забалуешь! — улыбнулся светловолосый пацан лет двадцати — двадцати трех на вид по имени Рома. — Все как на режимном объекте. Двое у ворот, двое на входе, по одному на этажах. Караулим. Ткач там гостевую спальню на первом этаже под кабинет себе оборудовал. Брат твой, Вова, часто там заседают и этого Пашу, туда к себе вызывают, когда надо. К нему в кабинет особо не ходят. Оружейный схрон опять же сделали.

— Вшестером получается, сидите?

— Ну, не то чтобы сидим. По шестеро — да, но ротируемся раз в два дня. Вова с Ткачом новеньких полдюжины отобрали. Щас контингент потихоньку из Афгана выводят. Много кому работа нужна.

— А Макар как?

— А, этот? — хмыкнул парень. — Да как? При этом Паше ходит, с мрачной мордой. Он не больно-то общительный. Но вроде парень нормальный, наш, с пониманием. Притремся, — кивнул Рома, выруливая тачку к дому Хромого.

Просигналив условным знаком, Рома дождался, пока один из двух бойцов, смотрящих на нас сквозь железные прутья ворот, выйдет наружу. Заглянув внутрь салона авто, парень махнул рукой своему компаньону по патрулю, и тот принялся открывать ворота.