Книга Студент: Долгопа, страница 104 – LikanTrop

28 ноября 1988 года, г. Долгопрудный. Святослав Степанович Григорьев

Ситуация с обнесённой хатой брата дала мне морального пендаля, взбодрила и вернула в реальность. Можно сколько угодно планировать и даже успешно реализовывать свои планы, но в какой-то момент может прилететь оттуда, откуда ты не ожидал и ожидать не мог. Залезь домушники ко мне в квартиру и найди баксы… Честно говоря, было бы крайне неприятно.

С другой стороны, сомнений в том, что исполнителей хаты Вовки мы найдём, у меня не было. С деньгами и техникой или уже без — они должны попасться. Уверенность моя зиждилась на банальной логике. Переехал на новую квартиру брат недавно, как и купил дорогую «двойку». Значит скорее всего, проболтался кто-то свой и почти наверняка — в черте города Долгопрудного. А значит, с высокой долей вероятности, исполнители были тоже местные. А Долгопрудный — не такой большой город, всего где-то семьдесят тысяч душ. Трудно будет не попасться, когда тебя ищут и через ментов, и через уголовников.

К слову об этом. Вернувшись домой, я прежде всего отзвонился сперва Пельменю, а потом и Чижу. Оба парня оказались у Серёги дома, потому после моего клича быстро подрулили ко мне.

Объяснив Пете, что так как хату моего брата выставили, я беспокоюсь, и ему придётся покараулить мою квартиру, пока мы с Чижом двигаемся по делам. Мы с Серёгой поехали в Химки. Пельмень, кстати, особо не возражал. А чего возражать, когда у меня в зале стояло самое желанное развлечение восьмидесятых — видеодвойка и куча кассет с фильмами к ней? К тому же мои парни, как та собака Павлова, выучили главный для себя рефлекс: если Слава что-то просит сделать, то обязательно за выполненную просьбу премирует деньгами.

— Серёг, у меня для тебя будет важная задача, — обратился я к Чижу, когда мы выехали со двора на нашей белой «копейке» и двинули в сторону Химок по серым, даже на вид скользким улицам. За окнами проплывали панельные пятиэтажки вперемешку с частным сектором. — Ты же с пацанами постоянно на контакте. Пусти цинк: мало ли кто в последние дни видел у нас возле дома мужиков незнакомых или машины чужие, подозрительные.

Я сунул руку во внутренний карман, достал несколько купюр по двадцать пять рублей и отдал другу.

— По двадцать пять каждому за любую информацию.

— Жопа слипнется! «Катеньку» им? — хмыкнул друг, но бабки в карман тканевой куртки спрятал. — И так всё расскажут. Чирик подгоню, если в натуре чё дельное скажут и сгодится.

— Ну тут тебе видней.

— Не ссы, Славян! — кивнул Чиж, впрочем не поворачивая головы и не отрывая глаз от дороги. — Пацаны полюбэ чё-нить засекли! Найдём мы этих гандонов.

На том и порешили.

Серёгу-кооператора я застал буквально у входа в его офис в «Гастрономе». Повезло, что не разминулись, потому как заехал он туда за какими-то бумагами всего лишь на минутку. Впрочем, так как парень спешил, разговор получился короткий. Сообразив, что мне требуется, молодой кооператор пообещал на завтра после обеда выделить пару специалистов. Поблагодарив его и без подробностей объяснив, что вопрос сбора долга с кидал потихоньку движется, я двинул дальше — к гостинице «Космос», в надежде пообедать и застать там Женю Майора.

За время моего отсутствия ресторан ничем особо не изменился. Всё тот же «белопузый» швейцар на входе — пухлый мужчина в дешевом черном костюме при белой рубашке. Та же обстановка в помещении: тяжёлые портьеры со шторами, хрустальные люстры с частью перегоревших лампочек, те же столы с чистыми, но простенькими скатертями. Получив «чирик» на руку и проводив меня с довольным видом к пустующему столику, швейцар удалился. А молодой юркий официант сменил его на посту возле нового клиента и вручил меню — обтянутую коричневой крашеной кожей книжку с разносолами и ценами.