Книга Патруль 7, страница 69 – Макс Гудвин

— Значит, в УФСБ знали, что я откажусь, и послали его за мной заранее, — произнёс я собираясь.

И вот в момент, когда я был и уже выходил в коридор, к отелю подъехали две машины, из которых, судя по звуку, выскочили все вместе тяжёлые ребята в броне и с оружием.

А я прикрыл дверь в коридор и легко пробежался в дальнюю комнату по коридору и с силой вышиб дверь, чтобы войти туда и прикрыть её за собой. Комната была пуста и по сути копировала мою, за тем лишь исключением, что её окно выходило не на фасад, а на тыл здания, к большому бассейну. И, открыв окно, я десантировался вниз, благо этаж был второй.

— Через километр прямо будет трасса «Ротчестер роуд», которая ведёт в город, — произнёс Тиммейт.

— Добро, — выдохнул я и побежал по ночному полю. Отсюда уже убрали зерновые, оставив жёлто-светлые стебли — так называемая стерня, примерно 20 см в высоту, по которой не очень удобно бежать и где невозможно спрятаться днём, но сейчас был далеко не день. Ближайший лесок маячил в полукилометре, и я бежал к нему, быстро, но чтобы не вызвать одышку, — мне ещё бой принимать, если этот хер действительно так хорош в своих поисках.

— Расскажи про свой сон? — попросил меня Тиммейт, и я на бегу коротко рассказал, описав, какое у них было оружие и что я не понял, как умер в том сне.

— К Ракитину тоже теперь нельзя. Они оружие, скорее всего, диппочтой привезли. Если бы вооружались тут, то были бы натовские образцы, — произнёс Тиммейт.

— Эх, мне бы гранат, — проговорил я.

— Если это и правда Сороковой, то твой бег только отсрочит вашу встречу, — приободрил меня Тиммейт.

— Мне нужна хорошая позиция, — произнёс я.

— Ты мог бы начать бой из окна своего номера. Ты мог бы срезать тех двоих в коридоре и начать обстрел оставшихся на улице боевиков из любого окна в отеле. Но ты отступаешь, давая им понять, что ты не будешь сдаваться. Это ухудшение твоей позиции, — выдал свою аналитику Тиммейт.

— Я бы не очень хотел убивать русских, тем более бывших ОЗЛ-овцев, — произнёс я.

— Тебя тоже, похоже, решили взять живым.

— Тиммейт, у меня к тебе вопрос? — задал я его на бегу, не сбавляя ход. — А это не ты меня сдал, как с Тимом?

— Нет, меня хотят в Конторе уничтожить, забыл?

— Я же подключил тебя к сети, ты можешь скопировать себя куда угодно…

— Не могу. Тим запретил нам это. Никто из нас не мог самокопироваться. Уничтожение физического носителя — есть конец нашей жизни, — произнёс Тиммейт. — И Сороковой теперь знает твоё вымышленное имя, скорее всего, документы снова придётся менять. И есть плохая новость: у нас закончились деньги, которые я украл у картеля.

— Классно, — произнёс я, вбегая в лес и облокачиваясь спиной на какое-то лиственное дерево.

— Я не рассчитывал на закрытие ипотеки Эмили, надеюсь, твой секс того стоил, — подколол меня Тиммейт.

А я смотрел на огни отеля, от которого отбежал на полкилометра. Если у Сорокового чутьё на ловлю людей, то по лесам и полям они бегать просто так не будут, они дождутся, пока я усну, и возьмут меня спящим. И единственный шанс уйти от своих — это спать, пока в чём-то едешь. Или не спать вообще, но с таким режимом следующий сон будет у меня с Фреди Крюгером, который будет крутить у виска когтистым пальцем своей железной перчатки.

— Хорошо, что я придумал антикризисные меры до того, как деньги кончатся, однако столкнулся с некоторыми сложностями. — произнёс Тиммейт.