Книга Развод. Мы (не) простим, страница 31 – Джулиан Хитч

— Это не дает тебе права решать за меня, что и как говорить моим родителям.

— Хорошо. — Он делает шаг ко мне. — Ты права. Давай скажем им правду. Что ты переспала с соседом, который потом вломился в твой дом к твоей маленькой дочери. Думаешь, это их устроит? Успокоит?

Я не успеваю ответить — телефон вибрирует. На экране высвечивается — «Толя». Мгновенно покрываюсь холодным потом.

— Это он? — Ваня замирает, как сторожевой пёс, всем телом поворачиваясь к источнику опасности.

Я сбрасываю звонок. Сразу же приходит сообщение, которое я открываю. Во вложении несколько фотографий. Моих. И на них я — обнажённая, в его постели, в полумраке, который не скрывает моего лица. Толя снял меня, когда я уснула.

— Не отвечай, — командует Ваня. — Так будет только хуже.

Что может быть хуже этого?

Ужинаем в гнетущей тишине, прерываемой лишь лепетом Дианы. Она начинает хныкать, теряя терпение.

— Доедай. Я её поношу, хорошо? — Вопрос Вани повисает в воздухе.

— Да, — выдыхаю, поддавшись усталости и желанию хотя бы несколько минут провести наедине с собой.

Ваня уносит Диану в ту самую комнату с коробками. Я не слышу слов, только низкий гул его голоса. Постепенно дочка успокаивается, и я позволяю себе посидеть за столом чуть дольше.

Придя к ним, застаю Ваню стоящим у окна и увлечённо что-то показывающим Диане. Услышав мои шаги, он оборачивается.

— Скажешь почему это всё здесь? — Киваю на коробки.

— От тебя всегда было трудно что-то скрыть. — Он тяжело вздыхает. — По пыли видно, что коробки здесь давно. Я купил всё это сразу, как переехал в эту квартиру. Так оно и лежит с тех пор.

— И чего ты ждал? Что я приползу и буду умолять тебя вернуться?

— Нет! — Его ответ уверенный и как будто искренний. — Я… я заходил сюда иногда, чтобы напоминать себе, чего я лишился из-за своей глупости. Я могу дать дочери всё, но потерял на это право. Мне было нужно… — Он замолкает резко и отворачивается обратно к окну. — Неважно. Пора её кормить?

— Да, — отвечаю тихо, шокированная его признанием.

— Я подготовлю вам спальню. На диване не выспитесь. — Ваня передаёт дочку мне на руки.

Во мне вспыхивает протест. Я не хочу спать в его постели, которую он, возможно, делил с другой.

— Я поменяю бельё, — бросает он, словно читая мои мысли.

Чуть позже, закрывшись в спальне, я разглядываю купленные им вещи, среди которых не только памперсы и пюре. В том числе и одежда для меня, чтобы я не ходила в том, в чём сбежала. Раньше я думала, что сбегают налегке, в новое будущее. Но иногда… Иногда путь лежит назад — туда, где когда-то было хорошо. И больно.

Уснуть не получается. В голове бесконечной каруселью крутятся мысли и о Толе, и о Ване. Оба затеяли игры, в которых я не хочу участвовать. Впрочем, насчёт мужа я всё чаще задумываюсь о том, что он искренен в своём желании всё исправить. Поверить в это сложно, но в глубине души…

— Митя, какого хрена! — Из лабиринта собственного разума меня вырывает громкий голос Вани. — Дай договорить!

Выглядываю в коридор, в который падает свет из-за приоткрытой двери комнаты с коробками. Судя по мечущейся тени, Ваня ходит из стороны в сторону.

— Как это они собираются уезжать⁈ Я тебя зачем рядом с ними оставил? Ты обязан задержать их здесь ещё на пару дней! У меня почти получилось с ней договориться… Только попробуй всё просрать… — Следом доносится глухой удар о коробку и ругательство. — Так, погоди. Думаю. Они уже взяли обратные билеты? Нет? Так узнай, Мить! За что я тебе плачу? Мы в одной связке!.. Я знаю, что они ждут меня лично! Задержи их!.. Хорошо, назначь встречу на завтрашний вечер. Я всё устрою. На связи.