Книга Месть. Идеальный сценарий, страница 80 – Лея Вестова

И мы говорили. Мы говорили несколько часов без умолку. И ни разу, ни единого раза мы не упомянули имен Вячеслава, Элеоноры, Корчагина. Мы не говорили о суде, об акциях, об аудите. Мы говорили о жизни. Я с удивлением узнала, что он в юности писал стихи и до сих пор помнит наизусть всего «Евгения Онегина». А он, оказывается, и не подозревал, что я обожаю старые черно-белые фильмы Феллини. Он рассказал мне о своей детской мечте — стать краснодеревщиком и открыть маленькую мастерскую, чтобы делать мебель своими руками. А я поделилась с ним своей, самой сокровенной — однажды, когда все закончится, уехать на полгода в Японию, чтобы научиться искусству каллиграфии и увидеть цветение сакуры.

Мы открывали друг друга, как две неизведанные вселенные. И с каждой минутой я понимала, что влюбляюсь в этого человека все сильнее. В его ум, в его тонкое чувство юмора, в его скрытую нежность, в его глубокую, выстраданную порядочность.

После ужина мы пошли гулять. Ночь была прохладной, и он накинул мне на плечи свой пиджак. Он пах им — терпким, мужественным ароматом с нотками табака и сандала. Мы шли по тихим, освещенным фонарями улочкам, и я чувствовала себя героиней одного из тех самых черно-белых фильмов, которые так любила.

Мы вышли на набережную и остановились у парапета одного из старых, красивых мостов. В темной, неподвижной воде, как в черном зеркале, отражались огни ночного города.

— Знаешь, — сказал он, глядя на воду. — Я часто думал в последнее время. О том, какая странная штука жизнь. Если бы всего этого ужаса не случилось, мы бы с тобой никогда не встретились.

— Я тоже об этом думала, — тихо ответила я. — И я не знаю, стоит ли такая цена нашей встречи.

— Не стоит, — серьезно сказал он, повернувшись ко мне. — Ни одна встреча не стоит тех страданий, через которые ты прошла. Но я бесконечно благодарен судьбе за то, что она все-таки свела нас. Потому что я уже и не надеялся встретить такую женщину, как ты.

Он смотрел на меня, и в его глазах отражались огни ночного города и что-то еще, гораздо более теплое и яркое.

— Ты невероятно сильная, Кира. Сильнее, чем ты думаешь. Ты прошла через ад, но не позволила этому аду поселиться внутри себя. Ты не ожесточилась, не сломалась. Ты сохранила в себе свет.

Он медленно, почти нерешительно, наклонился ко мне. Я не отстранилась. Я ждала этого. Я хотела этого всем сердцем. Его поцелуй на мосту, под огромным, равнодушным небом мегаполиса, был совсем другим, чем все, что было между нами до этого. Это не был поцелуй утешения или страсти. Это был поцелуй-обещание. Поцелуй-выбор. Сознательный, глубокий, полный нежности и трепетной надежды. Это было безмолвное признание в том, что мы оба готовы оставить прошлое позади и сделать шаг в общее будущее.

Когда он отстранился, я продолжала смотреть в его глаза, не в силах вымолвить ни слова.

— И что же теперь? — наконец прошептала я.

— А теперь, — он улыбнулся и нежно взял мою руку, переплетая наши пальцы, — теперь мы попробуем жить. Просто жить. Учиться быть счастливыми. Вместе.

Мы медленно пошли по набережной, крепко держась за руки. И я знала, с абсолютной, оглушительной ясностью, что это начало. Начало долгого, возможно, непростого, но настоящего пути. Я больше не боялась будущего. Потому что я знала, что больше никогда не буду встречать его одна. Рядом со мной был человек, который вернул мне не только компанию. Он вернул мне веру. Веру в то, что даже после самой темной и страшной ночи всегда наступает рассвет.