Книга Месть. Идеальный сценарий, страница 72 – Лея Вестова

Дмитрий помолчал, собираясь с мыслями.

— Он рассказал мне правду. Оказывается, того моего свидетеля они не просто подкупили. У него был сын, наркоман. Они подсадили его на тяжелые наркотики, а потом взяли с поличным. И поставили отца перед выбором: либо сын садится на пятнадцать лет, либо он подписывает показания против меня. Он выбрал сына.

— Какая мерзость, — прошептала я.

— Но это еще не все, — продолжил Дмитрий, и его голос стал жестче. — Генерал сохранил кое-что на память. Диктофонную запись своего последнего разговора с тем строительным магнатом. Разговора, в котором тот, упиваясь победой, хвастается, как изящно они «решили вопрос» со мной и свидетелем. Генерал отдал эту запись мне. Сказал, что десять лет ждал момента, чтобы смыть этот позор со своей совести.

У меня перехватило дыхание. Это был джокер. Козырной туз, способный перевернуть всю игру.

— Что ты будешь делать? — спросила я.

— То, что должен был сделать десять лет назад, — ответил он. — Довести дело до конца.

На следующий день, вместо того чтобы идти на очередной допрос в качестве подозреваемого, Дмитрий, в сопровождении Анны, пришел в Генеральную прокуратуру. Они подали официальное заявление о возбуждении уголовного дела против строительного магната и группы неустановленных лиц по факту принуждения к даче ложных показаний, шантажа и воспрепятствования правосудию. И приложили к нему ту самую диктофонную запись.

Эффект был подобен взрыву ядерной бомбы. Корчагин, пытаясь уничтожить Дмитрия, не учел одного — призраки прошлого могут быть опасны не только для тех, от кого они ушли, но и для тех, кто их потревожил. Он разворошил старое осиное гнездо, и теперь эти осы летели прямо на него.

Дело против Дмитрия было не просто закрыто. Оно было закрыто с официальными извинениями. А вот против его старых врагов началась масштабная проверка, которая, как цепная реакция, начала вскрывать все новые и новые пласты коррупции, ведущие на самый верх. Корчагину стало не до нас. Ему нужно было спасать себя.

Вечером, после того как все закончилось, мы сидели в моем кабинете. Усталые, измотанные, но победившие.

— Ты встретился со своими призраками, — тихо сказала я.

— Да, — ответил он.

— И оказалось, что они не такие уж и страшные, если смотреть им прямо в глаза. Особенно когда знаешь, что ты не один.

Он посмотрел на меня, и в его взгляде было столько тепла и благодарности, что я поняла — этот кризис не разрушил нас. Он сделал нас еще сильнее. Еще ближе. Мы прошли через его личный ад так же, как до этого прошли через мой. И вышли из него вместе. Наша связь, закаленная в двух войнах, стала нерушимой. Теперь я точно знала, что нет такой силы, которая могла бы нас разлучить.

Победа над призраками прошлого Дмитрия принесла в нашу жизнь хрупкое, почти невесомое ощущение мира. Атака Корчагина провалилась, захлебнувшись в той самой грязи, которую он пытался вылить на моего защитника. Он недооценил не только стойкость Дмитрия, но и прочность тех невидимых нитей чести и совести, что все еще связывали людей внутри прогнившей системы. Генерал, десять лет хранивший свою тайну, оказался порядочнее, чем десятки действующих чиновников. Эта маленькая победа добра над злом была оглушительной в своей простоте и казалась почти чудом.