Книга Месть. Идеальный сценарий, страница 71 – Лея Вестова

— И что ты сделал? — спросила я, затаив дыхание.

— Я ушел. Хлопнул дверью так, что зазвенели стекла в окнах. Я не мог закрыть дело, это было бы предательством всего, во что я верил. Но и бороться дальше внутри системы было бессмысленно, она бы меня сожрала и не подавилась. Я передал все материалы журналистам и написал рапорт. Дело в итоге развалили, магнат вышел сухим из воды, но публичный скандал стоил ему нескольких крупных госконтрактов. А я стал для системы врагом. Предателем. Отступником.

Я слушала его, и у меня холодела кровь. Я поняла, какой именно ящик Пандоры вскрыл Корчагин.

— Они нашли того свидетеля? — прошептала я.

— Да, — кивнул Дмитрий. — Он уже десять лет живет где-то в Испании. Корчагин вытащил его оттуда. И теперь этот человек даст «правдивые» показания о том, какой я ужасный «оборотень в погонах». Цель проста: полностью дискредитировать меня в глазах следствия и суда. Представить все доказательства, которые я собрал против Вячеслава и Элеоноры, как очередную «фальсификацию» от отчаявшегося частного детектива с сомнительной репутацией. Они хотят превратить меня из твоего главного свидетеля и защитника в твоего сообщника.

На следующий день Дмитрия официально вызвали на допрос в Следственный комитет. В качестве подозреваемого по вновь открывшимся обстоятельствам дела десятилетней давности. Это был удар невероятной силы. Я видела, как он уходит — спокойный, собранный, непроницаемый. Но я знала, что творится у него в душе. Его прошлое, от которого он так долго бежал, догнало его и вцепилось мертвой хваткой.

Я не находила себе места. Я звонила Анне, требовала что-то сделать.

— Успокойтесь, Кира Игоревна, — звучал в трубке ее ледяной голос. — Паника — плохой советчик. Это грязный, но ожидаемый ход. Они пытаются вывести из игры их самую сильную фигуру. Мы будем бороться.

Но я слышала, что даже она обеспокоена. Обвинение было серьезным. И за ним стояли люди, способные влиять на решения судей и следователей.

Дмитрий вернулся поздно вечером. Опустошенный. Так выглядит солдат, вернувшийся из проигранного боя.

— Подписка о невыезде, — коротко бросил он, наливая себе в стакан виски. — Все мои счета и счета агентства арестованы. Лицензия приостановлена. Официально я больше не имею права заниматься детективной деятельностью. Они нейтрализовали меня. Быстро и эффективно.

— Мы будем бороться! — воскликнула я. — Анна найдет выход!

— Нет, Кира, — он посмотрел на меня тяжелым, усталым взглядом. — Ты не понимаешь. Это не та битва, которую можно выиграть в суде. Это война понятий. Они бьют не по фактам. Они бьют по репутации. И они почти победили. Мне нужно… мне нужно встретиться с одним человеком.

Я знала, что он не скажет, с кем. Но я догадывалась, что речь идет о ком-то из его прошлого. О ком-то, кто остался там, внутри системы.

Встреча состоялась на следующий вечер. Он не взял меня с собой. Он поехал один. Я сходила с ума от беспокойства, прокручивая в голове самые страшные сценарии. Он вернулся за полночь. Другим. В его глазах больше не было той безнадежной усталости. В них горел холодный, опасный огонь.

— Я говорил со своим бывшим начальником, — сказал он, садясь напротив меня. — С тем самым генералом. Он ушел на пенсию через год после моего увольнения. Не смог больше работать с этими людьми.