Книга Месть. Идеальный сценарий, страница 20 – Лея Вестова

В зеркале заднего вида я увидела, что машина Дмитрия резко ускорилась и поравнялась со мной в соседнем ряду. Его лицо было искажено криком, который я не слышала за стеклом и ревом мотора. Он отчаянно жестикулировал, показывая мне на правую, аварийную полосу. Она была свободна. Это был шанс.

Собрав всю волю в кулак, я резко вывернула руль. Машину занесло, заднюю часть повело в сторону, но я, вцепившись в руль до боли в костяшках, чудом выровняла ее. Мы вылетели на аварийную полосу. Скорость начала медленно падать за счет трения, но этого было катастрофически недостаточно. Впереди, как пасть гигантского зверя, виднелся крутой съезд с эстакады с бетонным отбойником. У меня оставались секунды.

Тогда я сделала то, что видела в фильмах и всегда считала эффектным, но нереальным трюком. Мой разум отключился, уступив место чистому инстинкту выживания. Правая рука сама нашла рычаг ручного тормоза. Я с силой дернула его на себя.

Раздался оглушительный, раздирающий уши скрежет. Звук рвущегося металла и горящей резины. Машину развернуло почти на девяносто градусов. Мир за окном превратился в смазанное, мелькающее пятно. Затем последовал страшный удар. Боковой, глухой, сотрясающий все тело. Меня швырнуло на дверь, ремень безопасности впился в грудь, лишая воздуха. Перед глазами на мгновение потемнело. А потом наступила оглушительная тишина.

Машина замерла, уткнувшись боком в серое бетонное заграждение. Из-под капота валил густой, едкий дым.

Все произошло за считанные секунды, которые растянулись в моем сознании в вечность. Я сидела, не двигаясь, глядя прямо перед собой. Мир потерял звуки и краски. В ушах стоял только тонкий, высокий звон.

Дверь со стороны водителя рывком открылась. Дмитрий. Его лицо было белым как полотно, в глазах плескался ужас.

— Ты жива⁈ Кира!

Он расстегнул мой ремень безопасности, его руки дрожали. Я хотела что-то ответить, но не могла. Слова застряли в горле. Я сидела, вцепившись в руль, и смотрела на свои руки, на приборную панель, на треснувшее, пошедшее паутиной боковое стекло. Меня била крупная, неудержимая дрожь, сотрясая все тело.

Он осторожно вытащил меня из разбитой машины. Ноги не держали, и я бы упала, если бы он не подхватил меня. Он усадил меня прямо на асфальт, прислонив к холодному бетону отбойника.

Я смотрела на искореженный кусок металла, который еще недавно был моим автомобилем, и одна-единственная мысль, ясная и острая, как лезвие бритвы, пронзила мой затуманенный от шока мозг.

Они не просто зачищали архивы. Они не просто запугивали свидетелей.

Они пытались меня убить.

Обратная дорога в город превратилась в сюрреалистический, беззвучный кошмар. Я сидела на пассажирском сиденье машины Дмитрия, и мир за окном казался отстраненным, словно я смотрела плохое кино на размытом экране. Звуки не долетали до меня, приглушенные толстым слоем ваты, которым шок набил мою голову. Я видела, как другие машины проносятся мимо, как люди в них смеются, разговаривают, живут своей обычной жизнью, и не могла поверить, что я все еще нахожусь с ними в одной вселенной. Всего час назад я была одной из них. Теперь я была другой. Той, кого пытались убить.

Меня била крупная, неудержимая дрожь. Это был запоздалый, первобытный отклик тела на смертельную опасность. Зубы выбивали мелкую дробь, хотя я изо всех сил сжимала челюсти. Пальцы, скрюченные и непослушные, вцепились в край сиденья, и я не могла их разжать.