Книга Хозяйка города Роз, страница 172 – Юлия Гойгель

Конечно, моё алиби проверяют. И Марк, и Элина подтверждают, что мы провели ночь в доме в районе Роз. Но их слова ничем мне не помогают. Сигнализация в доме в ту ночь была отключена. И даже тот факт, что моя машина не покидала территорию двора, также не о чём не говорит. Следователь выдвигает версию, что я мог перелезть через забор, сбегать в больницу, задушить Костю и вернуться обратно. По мне — очень глупая версия, если бы прокуратура не рассмотрела её вполне серьёзно и дело не передали в суд.

Мне по-прежнему не разрешают ни с кем общаться, но переводят из полицейского участка в так называемый следственный изолятор. Мне кажется, что там будет ещё хуже, но я впервые за последнюю неделю приятно удивлён. Новая камера рассчитана на двоих человек и вполне пригодна для жилья. Здесь даже есть телевизор и холодильник. Мне впервые за целую неделю разрешают принять душ. Я с удивлением вижу на кровати пакет с собственными чистыми вещами.

— Марк передал, — произносит зашедший следом за мной мужчина в форменной одежде. Но не конвойный. И смутно знакомый. Внимательно смотрю прямо на него.

— Антон Лапин, — представляется мужчина и первым протягивает мне руку для пожатия. — Начальник этого увеселительного заведения и одноклассник твоей сестры Евы. Мы с тобой встречались. Ева была очень светлым человеком. Мне очень жаль, что всё так произошло.

Теперь я его вспоминаю. Жму поданную руку. Антон делает приглашающий жест.

— Устраивайся. Ждали тебя, как самого дорогого гостя.

Открывает холодильник. Забит под завязку. Когда жил один, он у меня, чаще всего, стоял пустой.

— Не боишься своим «гостеприимством» по отношению ко мне, себе жизнь подпортить, — уточняю я. — Молчанов зубы сразу оскалил.

Антон жмёт плечами.

— Меня он не касается. Какого-то особого указа по тебе не было. Не хочу тебе это в сотый раз говорить, но решение по тебе уже принято. Улики веские. И Молчанов попу рвёт. Очередную звёздочку из-за тебя получит. Ладно, приводи себя в порядок, обедай и отдыхай. Я ещё зайду. Завтра пообщаешься с Марком. Там к тебе ещё посетители просятся. По одному в день, неофициально, буду пропускать. Официально — только адвокат, следователи, ну и подобные им.

Вечером Антон действительно заходит вновь. Приносит мой телефон.

— Телефоны запрещены, поэтому сильно им не свети. Кстати, кто тебе посоветовал адвоката?

— Никто. Марк нанял самого лучшего и всё, — удивляюсь я.

— Лучший то он лучший, — качает головой Антон. — Но он и вашим, и нашим. Вполне может работать ещё на кого-то. Например, на того, кто тебя здесь решил закрыть. Ты о нём ночью подумай и с Марком ещё раз поговори. Не нравится мне этот Писанин. Непонятно кому он про тебя пишет.

Ночью я думаю. И начинаю с Марка. Всё же адвоката нанял он. И с Элиной теперь остался только он. С Элиной и моим сыном, которого я рискую увидеть ещё через десять лет. Нет. Только не Марк. Мы столько лет были близки. Все, кто угодно, но он не может оказаться предателем. Ближе и роднее Марка у меня никого не осталось. Он и Элина. Не лучшая подруга сестры, не бывшая соседка, даже не мать моего сына. Женщина, которую я люблю. Она всё же ошиблась. Я знаю, что такое любовь. Благодаря ей. Неужели теперь я узнаю, что такое предательство? И Молчанов, топящий меня, как Герасим Муму — это бархатный лепесток розы? А, как колются шипы — мне ещё предстоит узнать?