Книга Хозяйка города Роз, страница 171 – Юлия Гойгель

Но меня возвращают. Дают немного отдохнуть и всё повторяется сначала. Только теперь мы лежим на боку и сзади Артур. Он крупнее и старается не проникать глубоко, но я полностью расслабилась и ничто не может вырвать меня из крепких объятий эйфории. Я, конечно, знала, что есть такое понятие. Но то, что оно означает, узнала лишь этой ночью.

Меня не страшит наступающее утро. Но наступает оно неожиданно рано. Нас будит настойчивый звонок телефона Марека. Просыпаться совсем не хочется, и я зарываюсь лицом в грудь Артура. Он тоже делает недовольную рожицу и крепче прижимает меня к себе.

— Да, Стас? — отвечает Добровольский, и его телефон наконец-то замолкает. Я не слышу о чём они говорят. Вернее, говорит Молчанов, а Марк слушает. Садится на кровати и произносит лишь одну фразу: — Как это произошло?

— Что произошло? — тихо повторяю я и пытаюсь повернуться, чтобы увидеть лицо Марка. Я сразу всё пойму.

— Нет. Я сам скажу. Приедем, как только соберёмся, — добавляет мужчина и отключает телефон.

— Куда поедем? — паникую я от дурного предчувствия.

Артур прижимает меня к себе ещё крепче. Марк тоже обнимает, касаясь губами моих волос:

— Эля, я с тобой, чтобы не случилось. Помнишь?

— Марк, что, Костя обратно натворил? Он же в больнице должен лежать!

— Эля, Кости больше нет. Его убили.

Сегодня вечером, в 18.00 по Москве, ещё одна глава. И в субботу тоже. Заходите))

Меня арестовывают этим же вечером. Одиннадцатого августа. Какое дурацкое совпадение чисел. Трагедия по вине Кости произошла первого числа, а его убили одиннадцатого. Задушили в одиночной палате повышенной комфортности городской больницы. Где — то в час ночи.

Мне не дают время, чтобы собрать вещи или кому-то позвонить. Даже не предлагают воспользоваться услугами адвоката и не зачитывают мои права и причину задержания. Ничего общего с просмотренными фильмами. Лишь камера оказывается общей и дышать в ней невозможно от вони остальных бомжей-сокамерников. Создаётся впечатление, что их специально собрали, чтобы составить мне компанию.

С фильмами ассоциируется лишь игра в «хорошего и плохого» полицейского. «Хорошим» на правах приятеля идёт Стас Молчанов. Советует мне сразу во всём признаться и написать явку с повинной. Сюда добавят состояние «аффекта» и больше пяти лет мне не дадут. Учитывая, что у Кости был статус мэра, скорее всего «впаяют» всё же пять. Но, когда город успокоится, он, Стас Молчанов, будет первым добиваться пересмотра дела и, скорее всего, я смогу выйти после трёх.

Через несколько дней терпение у Молчанова заканчивается и мне, наконец-то, озвучивают обвинение в умышленном убийстве. Статья начинается шестью годами и заканчивается пятнадцатью. Без смягчающих обстоятельств, с учётом статуса Кости, на полных четырнадцать рассчитывать приходится. Это подтверждает один из лучших и дорогих адвокатов страны, нанятый Мареком, Писанин Игорь Вячеславович. Он сразу признаётся мне, что мои шансы доказать невиновность очень малы. Всё указывает на меня. Начиная от мотива и заканчивая моими руками на шее Кости. Свидетелей хоть отбавляй. Камеры в больнице чётко фиксируют мужскую фигуру, как две капли воды похожую на меня. Лица не видно из-за медицинской маски. Но это уже мелочи.