Книга Его другая семья, страница 41 – Полина Рей

— И тебе привет, – усмехнулась я, положив ногу на ногу. – Кажется, ты здесь по собственной воле, – добавила, не спрашивая, а утверждая.

Егор пожал плечами и, взяв бокал виски, стоящий перед ним, повертел тот в руках прежде, чем сделать глоток.

— Здесь наливают дорогие напитки и делают отличные предложения. Конечно, я здесь по собственной воле, – ответил он.

Амир послал мне взгляд, в котором смешались отвращение, презрение и злость, направленные на Соловкова. Впрочем, когда посмотрел на Егора, эмоций, которые Асатиани испытывал в его сторону, он не показал.

— Брат твоего мужа, Карина, уже услышал от меня, что именно мы предлагаем сделать. Он знает, что я буду защищать женщину, которая носит детей Алекса под сердцем. Знает, что может пострадать так же, как и Тимофей, который совершил непоправимое, когда собирался причинить тебе вред. Поэтому господин Соловков готов продать мне всё, что у него имеется, так сказать, оптом. А потом исчезнуть. Я верно говорю?

Какое-то время Егор молчал, пока я переваривала сказанное. Доверяла ли я словам Амира и могла ли быть уверенной в том, что он действует так исключительно от того, что беспокоится за меня? Нет. Но раз пока мы играли в эту игру, так тому и быть.

— Ваша цена окончательная? – спросил Соловков после того, как допил виски и понял, что больше ему не нальют. – Это ниже, чем если бы я стал продавать все активы по отдельности.

Амир сжал челюсти – я увидела, как на его скулах заиграли желваки.

— Мы это уже обсудили. Иди и попробуй продать по частям. Сколько это займёт времени? Или думаешь, что твой брат не спохватится и не попытается тебе помешать? – терпеливо, насколько это было возможно, проговорил Амир.

Соловков вздохнул и вскинул руки в жесте «сдаюсь».

— Хорошо. Но деньги мне нужны как можно быстрее, – ответил он.

Итак, Асатиани выкупал у Егора то, что было приобретено Тимофеем, но оформлено на брата, чтобы я не претендовала на имущество во время развода. На остальное, то, что оставалось у Тима, мы планировали запросить наложение судебного ареста.

— Как только все документы будут подписаны, ты получишь аванс, как мы и договорились, – пожав плечами, ответил Егор. – Остальное, когда активы будут зарегистрированы на Карину.

Мои брови чуть не взметнулись наверх. О том, что именно я должна стать новой хозяйкой недвижимости и прочих милых приобретений Тима мы до сего момента не говорили.

— Идёт. Готовьте все бумаги, – ответил Соловков и, поднявшись с места, какое-то время постоял, глядя на меня.

Говорить, правда, ничего не стал, хотя я и ожидала какой-нибудь колкости в излюбленном стиле Егора.

Когда же он ушёл, а мы с Амиром остались вдвоём, молчание, которое протянулось между нами незримыми нитями, позволило мне немного выдохнуть и попытаться осмыслить произошедшее.

Этот мужчина, который находился в паре метров от меня, был настолько непознанной другой вселенной, что я даже не представляла, как к нему подступиться. Однако нам стоило обсудить и все события, случившиеся в этом кабинете, и то, с чем я и направлялась сюда.

— Сейчас отвечу и поговорим, – пообещала Амиру, который и сам, похоже, собирался инициировать беседу со мной, но меня отвлек телефонный звонок.

А когда я ответила на него, все мысли о Егоре и заготовленные фразы по поводу Давида испарились. Потому что мне сообщили те новости, которых я подспудно ждала, но надеялась не услышать.