Книга Папа для озорных апельсинок, страница 35 – Кэти Свит

Ларин – шикарнейший диагност. Его еще с самого детства мы прозвали “рентгеном” за невероятные способности определять переломы, ушибы и растяжения. Каждый парень в нашем дворе знал про достижения Славика и прежде чем соваться к врачу, шел к нему. Для более точной диагностики.

— Куравлев, только не говори, что ты заболел, – откровенно издевается Ларин.

— Не дождешься, – гогочу в ответ. И тут же понимаю, что повторил фразу Ани.

— Тогда какого фига едешь? – интересуется.

— Девушку нужно посмотреть. Высокая температура, вчера было сильное переохлаждение, – коротко описываю ситуацию Ласточкиной.

— Что-то кроме лихорадки есть? – Ларин тут же переходит на профессиональный сдержанный тон.

— Ань? – уточняю у нее.

— С остальным все в порядке, – она отвечает на вопрос, выдавая свое присутствие.

— Горло, кашель, заложенность носа, насморк в конце концов? – Славка продолжает перечислять самые распространенные симптомы, на что Анька только закатывает глаза.

— Слав, все хорошо, – говорит, слегка раздраженно.

— Ласточкина? Ты? – охреневая, спрашивает Ларин.

— Она самая, – ухмыляясь, сдается.

— Куравлев, чем ты ее к себе в машину заманил? – начинает ерничать старый друг. – Аня, если нужна помощь, то кашляни три раза.

Ржем.

А я и забыл, что ребята знакомы.

— Ладно, давайте дуйте ко мне, – Славик подводит итог. Слышу, как его на заднем фоне кто-то окликает. – Приедете, отзвонитесь. Ждите меня. Сами в клинику не заходите.

Выдав четкие ЦУ, Ларин быстро прощается и отключается.

В салоне снова повисает тишина, которая почему-то для меня становится просто невыносимой.

Нам с Аней довольно многое следует обсудить, и у меня множество вопросов вертится на языке, но с выяснением отношений я решаю подождать. Разговор не убежит, а вот со здоровьем Ласточкиной разобраться нужно как можно скорее. Это более важно.

Соня и Маня – мои дочери. Мои красотки, разбойницы и принцессы. Мне одного вечера хватило, чтобы теперь не понимать, как же я жил столько лет без них. Две рыжеволосые апельсинки поменяли все мое жизненное восприятие по щелчку пальцев.

Жаль, что я пропустил несколько самых интересных и насыщенных лет в их жизни, но этого уже не изменить. Теперь мне остается лишь наверстывать пропущенное время.

И не лажать.

С учетом характера девочек, их шилопопости и любознательности, последнее будет очень тяжело сделать.

— Пить будешь? – спрашивая у Ани, киваю на термокружку с еще не остывшим до конца чаем.

Перед выездом из дома я всегда себе завариваю какой-нибудь вкусный напиток, ведь никогда не знаешь, сколько времени придется провести в пробках. Сегодня выбор пал на фруктовый чай, и сейчас я очень рад своему решению.

Пока еду, понимаю, что выйти на связь с китайцами для меня сегодня будет крайне проблематично и, вероятнее всего, нашу конференцию опять придется перенести.

Я не могу оставить одну Ласточкину. Ане помощь моя нужна.

Если накроется бизнес с китайцами будет хреново, но это пережить можно. А вот если с Анькой что-то случится, то это будет полнейший трындец.

— Не хочется что-то, – морщится и, как всегда, увиливает от моего лечения.

Вчера она тоже пыталась вильнуть хвостом, но у нее ничего не вышло. Сегодня тоже не дам.

Жаль, что баня не помогла… Очень. Тогда мне не было б так тяжело.