Книга Не играй со мной, мажор, страница 78 – Кристина Майер

— Сученыш, ты пожалеешь об этом! Ты не знаешь, с кем связался! — угрожает он.

«Это ты не знаешь, с кем связался».

Испытывая удовлетворение, перевожу взгляд на Виду. В ее глазах блестят непролитые слёзы. Потирая руку, она закусывает губу, чтобы не расплакаться.

Она не должна лить слёзы из-за какого-то урода!

Спустив руку на кисть, одним четким движением ломаю ему руку. Громкий крик боли отзывается музыкой в ушах. Охрана выбегает из ворот, кивком головы прошу их не вмешиваться.

— Ты подписал себе приговор, — стонет он. — Будешь сидеть с отморозками, которые сделают тебя своей девочкой, — продолжает он, думая, что меня трогают его угрозы.

Отбросив его руку, я подхожу к Виде. Отвернув от этой падали, обнимаю ее, прижимаю к себе.

— Успокойся, Вида. Он ничего тебе не сделает, — негромко произношу, поглаживая по спине. Она держится, но я ощущаю, в каком Вида состоянии. Она может в любой момент сорваться в истерику.

Опираясь здоровой рукой, ее папаша пытается подняться на ноги, но сразу не получается, пальцы скользят по грязи. Никто не приходит ему на помощь, собравшись, он всё-таки встает. Здоровой рукой пытается достать из кармана телефон. Рано или поздно он справится, будет звонить в полицию. Не хочу, чтобы этот разговор слышала Вида.

— Идём, — обняв за плечи, веду её в интернат.

У ее отца падает телефон. Матерясь, он наклоняется за ним, вытирает о пальто.

— Не оглядывайся, — прошу Виду, когда мы заходим за ворота. Провожаю ее в корпус. Помогаю снять пальто и шапку. — Присядь, я заварю тебе чай.

Вида забирается с ногами на постель, опершись на спинку кровати, обнимает колени.

— Как ты? — присев рядом, спрашиваю ее. Мне нужно выйти, позвонить отцу, но не хочу, чтобы Видана слышала наш разговор, она и так расстроена, но в таком состоянии я не могу ее оставить.

— Ты все слышал, — опускает голову, чтобы я не видел, как она плачет. Внутри меня разрывает от злости, и деть ее некуда.

— Он не стоит ни одной твоей слезинки, — получается жестче, чем я хотел бы. Притягиваю Виду к себе, целую соленые от слез губы.

Я всегда ее хочу, но сейчас этот поцелуй для того, чтобы отвлечь её, успокоить. В кармане вибрирует телефон. Первой реагирует Вида, отстраняясь, косится на карман.

— Это тренер, — поднимаясь с кровати, достаю телефон. Как и предполагал.

— Прости, ты на тренировку опоздал, — расстраивается Вида.

— Всё нормально. Не в первый раз. Я выйду, пообщаюсь, а ты не грусти, — пройдясь тыльной стороной ладони по ее щеке, выхожу из комнаты. Закрывая дверь, принимаю вызов. Разговор выходит коротким, обрисовав частично ситуацию, сообщаю, что сегодня не приду на тренировку.

— Будь осторожен и не забывай, что махать кулаками вне ринга запрещено, — напоминает строго тренер. Простившись, отбиваю звонок. Отхожу на кухню, включаю чайник и звоню отцу.

— Слушаю, Иван, — звучит в трубке.

— Пап, ты занят? Могу тебя отвлечь? — спрашиваю, прежде чем начать говорить.

— Не занят. Что случилось? — настораживается папа, догадавшись, что звоню я не просто так. Втягиваю через нос воздух. Подробно пересказываю все, что произошло за последние полчаса. Не скрываю, что сломал уроду пальцы, а тот уже вызвал полицию.

Несколько секунд слушаю тишину в динамике. Лучше бы он кричал. Его молчание кромсает острой бритвой мои нервы. Я знаю, что он не поможет…