Книга Бывшие. Кредит на любовь, страница 7 – Саша Девятова

— Дарья Сергеевна, — начинает доктор. — Вы же понимаете, почему мы вас вызвали.

Это не вопрос. Это констатация. Воздух в кабинете становится густым и тяжёлым.

— Сколько у меня есть времени? — звук моего собственного голоса кажется мне чужим, он дрожит, выдавая весь ужас и отчаяние.

Мужчина в костюме обменивается взглядом с врачом.

— Его нет, — говорит он чётко, без прикрас. — Если завтра к девяти утра мы не получим полную сумму за операцию, квота будет передана другому пациенту. Хирурги не могут ждать. Все плановые вмешательства такого уровня расписаны на год вперёд. Или вы сегодня вносите плату, или...

Его голос обрывается, но неоконченная фраза висит в воздухе, яснее любых слов. «Или мы прекращаем лечение».

Из горла вырывается тихий, сдавленный стон. Я больше не могу держаться. Голова сама падает на прохладную поверхность стола. Веки смыкаются, пытаясь отгородиться от этого кошмара. Внутри всё сжимается в тугой, болезненный узел. Безнадёга накатывает тягучей, чёрной волной, угрожая захлестнуть с головой.

— Дарья Сергеевна, мы понимаем вашу реакцию, — слышу я голос врача, мягкий, но неумолимый. — Но ситуация не терпит отлагательств. Нам нужен ваш ответ.

Я поднимаю голову. Перед глазами плывёт. Губы запеклись. Я смотрю на их ожидающие лица и понимаю, что ответа у меня нет. Есть только одна, единственная, немыслимая возможность, от которой меня тошнит.

И я слышу свой собственный голос, тихий и разбитый, но чёткий:

— Я... найду деньги. Завтра к девяти они будут у вас.

Выхожу из клиники, прижимая к груди сумку, будто она может защитить от этого стыда. Ноги сами несут меня вниз по лестнице, к выходу на улицу, на воздух, который хоть как-то освежит мою взрывающуюся голову.

Каждый шаг отдаётся болью в висках. Противно. Так противно, что сводит желудок. Но я не останавливаюсь.

Выхожу из дверей, и солнце режет глаза. Мне нужно вызвать такси до банка. Это единственная мысль. Единственный маршрут.

Набираю номер службы, жду, сажусь в машину, смотрю в окно на мелькающие улицы. В горле стоит ком, горький и невыносимый. Я сглатываю, стискиваю зубы.

Это ради мамы.

Это просто фикция.

Это ничего не значит.

Моя ненависть никуда не денется.

Повторяю про себя, как мантру. Как заклинание, которое должно защитить меня от самой себя.

Такси останавливается у знакомого здания «Финансовая Опора». Теперь это название звучит как насмешка. Я плачу водителю и выхожу. Ноги не хотят, но я заставляю их идти. Вход. Холл. Стойка охраны.

Тот же охранник. Он узнаёт меня.

— Дарья Сергеевна, здравствуйте. К господину Вольскому?

Я просто киваю, не в силах издать ни звука.

Лифт. Тот самый этаж. Пустой, залитый светом коридор. Дверь из тёмного дерева. Кабинет №5.

Я не стучу. Я просто толкаю дверь и вхожу.

Алексей сидит за своим столом и разговаривает по телефону. Его поза расслаблена, пальцы свободной руки медленно постукивают по полированной столешнице. Увидев меня, он не меняет выражения лица, лишь делает паузу в разговоре, его взгляд, тяжёлый и неподвижный, на мгновение залипает на мне. Вольский, не спеша, заканчивает фразу, кладёт трубку. Все его движения плавные, выверенные, будто у него в запасе целая вечность.

Он совершенно не удивлён. Словно ждал. Взгляд спокойный, изучающий.