Книга Цена развода. Я не отдам вам сына, страница 51 – Оксана Барских

К вечеру мне звонит Гордей. Я уже и сама собиралась, но он меня опередил.

— Как ты, Сонь? Сходила в больницу?

— Нет. У меня обычная простуда. Чай с лимоном, сироп да куриный бульон — и через пару дней буду, как огурчик.

Я едва не усмехаюсь, услышав собственную последнюю фразу. Это папа так всегда отшучивался, когда мама ругалась, что он совсем не следит за своим здоровьем и отказывается принимать лекарства, которые назначил ему врач.

— Мерила температуру?

— Тридцать восемь и три.

— Вызови врача на дом, Сонь, — строго произносит Гордей.

— Сейчас ночь, так что уже завтра, — сонно произношу я и зеваю. Весь день сплю и еще хочу.

— Отзвонись утром, чтобы я знал, что с тобой всё в порядке.

Первая реакция — напряжение. Отвыкла, что кто-то может интересоваться моими делами и уж тем более здоровьем. Даже будучи в браке, он не проявлял столько внимания и заботы, сколько сейчас всего лишь через телефонный звонок.

— Ладно. Как там Дима? Не сильно капризничает? Не просится домой? Он никогда еще не ночевал вдали от меня.

Мое сердце беспокойно делает кульбит, и я с затаенным дыханием жду ответа Гордея.

— Он в приставку рубится.

— Приставку? Он что, выпросил ее у тебя?

Я хмурюсь, да и тон у меня довольно строгий. То, что Орлов идет на поводу у нашего сына так часто, меня сильно беспокоит.

— Она у меня была, Сонь, не кипятись так. Я сам в свободное время поигрываю.

Несмотря на мои наезды, его голос в отличие от моего звучит мягко и спокойно.

— И не волнуйся ты так, в конце концов, Дима и мой сын тоже, как-нибудь я управлюсь, не криворукий. И если что, на ужин мы ели не пиццу с бургерами, как ты уже успела себе нафантазировать.

Я прикусываю губу и молчу, так как он зрит в корень. Именно об этом я и думаю, беспокоясь о здоровье и желудке Димы. Это Гордей уже взрослый, а организм ребенка еще не сформирован, так что я против постоянного потребления фастфуда, особенно этой картошки фри. Дима маленький и не понимает, что это вредная пища, но слова-уверения Гордея меня успокаивают.

— Дай телефон Диме, пожалуйста, хочу пожелать моему малышу спокойной ночи. И смотри, его нужно уложить спать до одиннадцати.

— Есть, кэп.

Я буквально вижу, как Гордей закатывает глаза, но вскоре по ту сторону трубки слышу голос своего сына.

— Привет, мам. А я сегодня буду у папы ночевать. У него в холодильнике сто-о-олько мороженого. Размером с грузовик.

— Помни про горлышко, малыш.

— Я не малыш, — уже привычно сердито поправляет он меня. — И папа мне разрешил только одно съесть. И то после гречки с котлетой.

Я улыбаюсь, слушая возмущения сына по поводу крупы и восхвалений котлет, которые приготовила баба Маша. Насколько я помню, Мария Федоровна — домработница Гордея, которая отвечает и за готовку, и за уборку. Приятная женщина, с которой я сталкивалась пару раз, когда забирала сына по вечерам на выходных, будучи неподалеку. Это версия для Гордей. На самом же деле, первое время мне не хотелось, чтобы он видел мою скромную квартирку, которая едва ли не меньше его гардеробной.

Но он ни разу ничего не сказал про мою однушку и даже не осматривал ее с презрительным видом, вопреки моим ожиданиям, поэтому со временем я и успокоилась.

Поговорив с сыном, я почти мгновенно засыпаю, а вот утром просыпаюсь настолько разбитая, что даже глаза открываю с трудом. В ушах звон, а трель дверного звонка едва ли не разрывает мои барабанные перепонки.