Книга Цена развода. Я не отдам вам сына, страница 21 – Оксана Барских

— София Павловна?

— Да, я хочу написать заявление.

Я не собираюсь покрывать эту Анфису, поскольку она никем мне не является, и для меня лучшим будет и правда написать на нее заявление о похищении, чтобы обезопасить себя в случае, если они правда хотят отобрать у меня ребенка.

Я буду ставить им препоны всеми способами, которые мне доступны. Сомневаюсь, что суд встанет на сторону Гордея, когда у него жена способна на такое вопиющее преступление.

— Что ж, тогда проедемте в отделение.

Несмотря на крики Анфисы и попытки ее отца предотвратить ее арест, полицейские делают свою работу и вскоре садят ее в машину. Ехать с ней в одном автомобиле вместе с сыном я не собираюсь, поэтому вызываю такси, чтобы поехать следом за ними в указанное отделение.

Всё это время Гордей стоит рядом, но ничего не говорит, так как наконец-то осознает, что все его слова слышит Дима. Я стою на улице к Гордею спиной, но чувствую при этом, как Дима с любопытством смотрит снизу вверх на своего отца, которого никогда не видел и не знал.

— А я думал, ты умер.

Я цепенею, когда слышу слова сына. А затем едва не стону, вспоминая, что мама сама как-то говорила ему, что его отец на небесах.

А сейчас всё это выливается мне боком.

— Нет, сынок, я не умер. Как видишь, я жив и здоров.

Я буквально чувствую, что Гордей хотел добавить фразу “вопреки желаниям твоей матери”, но я благодарна ему хотя бы за то, что он думает о чувствах моего ребенка и держит свой язык в узде.

Несмотря на мое сопротивление, когда подъезжает такси, Гордей садится в него вместе с нами на заднее сиденье. А когда в дороге засыпает Дима, Орлов поворачивает ко мне голову и прожигает меня взглядом. Я понимаю, что он не слезет с меня, пока не получит ответы на все свои вопросы.

— О чем ты думала, Соня? Я так хотел этого ребенка, а ты меня лишила возможности наблюдать за его взрослением.

— Ты сам себя лишил этой возможности, когда решил, что можешь гулять направо и налево.

— Я изменил тебе всего лишь раз, а теперь раскаиваюсь в этом. Неужели это стоило того, чтобы рушить наши судьбы? Если тебе было плевать на меня, то как ты посмела решать будущее нашего сына без его мнения?

— Ну извини, что я не спросила его у него. Он тогда разговаривать не умел, поскольку только родился.

Я удивляюсь тому, как язвительно звучит мой голос, но не могу сдержаться. Все эти эмоции, которые я держала все эти годы в себе, прорываются, поскольку находят того, на кого могут выплеснуться.

— Не ерничай, Соня. Мы обсуждаем с тобой серьезный вопрос, а ты всё превращаешь в шутку.

— А шутка — это единственный мой способ выживания, Гордей. Особенно после того, как ты погубил мой бизнес и лишил нас возможности вернуться в родной город, где я родилась и выросла. Мою мать выгнали с работы, а я уже много лет работаю не по профессии и перебиваюсь заработком, на который раньше никогда бы не согласилась. Так что не тебе мне говорить, что я поступила неправильно. Ты бы лучше в зеркало на себя глянул, тогда бы понял, кому стоит предъявлять претензии. Я уж не говорю про измену. Никогда не думала, что ты такой мелочный и ужасный.

— О чем ты говоришь, Соня? Хочешь сказать, что твою мать уволили из-за меня? Я палец о палец не ударил, чтобы испортить карьеру твоей матери.