Книга Измена. Верну тебя любой ценой, страница 38 – Оксана Барских

Вот только у Саяна на этот счет другое мнение.

— Даже ни о чем меня не спросишь? – грубовато спрашивает он, и я чувствую, что за этой жесткостью сейчас скрывается его уязвимость.

— Ты уже сказал эйчар подыскивать нового акушера? На место Царёва тоже начинай искать замену, не тяни.

Ставлю чашку на блюдце и перевожу взгляд на Саяна. Он молчит, продолжает терзать меня своим больным взглядом, от которого у меня внутри всё сжимается до боли, но я терплю.

— Разберусь, – сухо отвечает он. – Ты знаешь, что я не это имел в виду, Люба. Давай поговорим спокойно.

— А мы сейчас чем занимаемся? Я как раз-таки спокойна, Саян, так что если тебе есть что мне сказать, говори. Другого шанса у тебя уже не будет.

Из меня будто вытекает вся энергия, и я ощущаю себя настолько равнодушной, что поражаюсь тому, что Саян не вызывает у меня той боли, что вчера. Я просто устала одновременно ненавидеть его и при этом любить.

Он ловит мой взгляд и сразу замечает смену моего настроения. Мрачнеет и с силой сжимает руку в кулак. Выглядит угрожающе, словно вот-вот встанет и опрокинет стол набок. Обычно ему такие страсти несвойственны, но я уже ничему не удивлюсь.

— Мы женаты пятнадцать лет, Люба.

— Были, – поправляю я его.

На его скулах перекатываются желваки, сам он зло прищуривается, и я замолкаю, кивая, чтобы он продолжал.

— Мне пришло уведомление, что ты подала на развод.

— Так согласуй, – пожимаю я плечами.

— Я уже сказал тебе, что никакого развода не будет, Люба, – с напором произносит Саян, и наши взгляды скрещиваются.

Я свой не отвожу, собираясь отстоять свое заявление до конца. Во мне нет ни капли сомнений, и Саян дергается, когда видит это.

— Нас всё равно разведут, ты же знаешь. У нас нет общих детей, на клинику я не претендую, а имущество… Продадим и поделим деньги пополам без всякого суда.

Я стараюсь говорить спокойно и безэмоционально, как если бы вела беседу с пациентом.

Любая другая на моем месте вцепилась бы в клинику, не собираясь оставлять ее бывшему мужу и его отпрыску на стороне, а я… Я не хочу, чтобы меня что-то связывало с Саяном и дальше.

Если я получу в совладение клинику, то мне на постоянной основе придется пересекаться сначала с Саяном, а затем с Ермолаевой и их общим сыном. И это меня добьет. Поставит на колени, усиливая чувство своей неполноценности.

— Я не хочу терять тебя, Люба. Ты моя жена, и я…

Грачёв замолкает. Слова застревают у него в горле, и между нами повисает неловкая болезненная тишина.

— Не переживай, горевать ты долго не будешь, Саян, – ухмыляюсь я, скрывая за бравадой боль и отчаяние. – Претендентка на фамилию Грачёвых уже имеется. Кстати, об этом…

Я открываю сумку и достаю оттуда пакетик с золотым кольцом. Обручальным.

— Оно в слив упало, я не успела его обеззаразить, но думаю, твоя Ермолаева с этим отлично справится.

Я кладу прозрачный пакетик с кольцом на стол и выразительно смотрю на Грачёва. Он сжимает с силой челюсти, в глазах разгорается настоящий пожар, пламя которого будто опаляет мое лицо.

— Считаешь, не способен новое купить? – выплевывает он, и я отшатываюсь.

Сглатываю и поднимаю подбородок, не собираясь плакать. Кто бы знал, как тяжело мне дается держать лицо при муже. Он не должен увидеть мои слезы, и я не позволю ему и его любовнице меня сломать.