Книга Измена. Верну тебя любой ценой, страница 37 – Оксана Барских

— Собираешься принять их предложение?

— А что, не станешь отговаривать? – криво ухмыляется он.

— Не стану.

Я пожимаю плечами, а сама чувствую себя неуютно от его проницательного взгляда. Не сказать, что мы плотно общаемся, но за два года притерлись, и могу сказать, что Царёв – мужик надежный.

— Почему ты решил вдруг согласиться? Тебе ведь и раньше предлагали частные клиники перейти к ним, а тут обычная городская больница, пусть и в столице.

Денис хмурится, на лбу возникает складка, и неопределенно качает головой.

— Есть причины. Личные.

Последнее произносит чуть жестче, четко очерчивая границы, за которые заступать не стоит. С дальнейшими вопросами не лезу. Со своим бы браком разобраться.

— Со мной пойдешь? Я так понимаю, тебя теперь в клинике ничего не держит.

Вопрос застает меня врасплох. И я растерянно смотрю на Царёва, даже не допуская до этого мысли, что перееду в другой город.

Он говорит спокойно, даже не ухмыляется и никак не подает вида, что уже в курсе происходящего.

Я же краснею, чувствуя, как у меня кровь к лицу приливает. Если даже Царёв, не интересующийся сплетнями, знает, что Саян мне изменил, что уж говорить про остальных. То-то все на меня странно косятся, но я всё надеялась, что дело не в беременной любовнице мужа.

— Не держит, – глухо произношу я.

— Поднатаскаю тебя, переквалифицируешься в оперирующего акушера. У тебя к этому предрасположенность.

— Дай мне подумать пару дней, Денис.

Такие решения не принимаются в порыве эмоций, но я не вру себе. Что-то внутри меня всё еще держит меня тут, и я злюсь, что чувства к Саяну не умерли в тот же день, когда я узнала об измене.

Царёв уходит, и я уже было встаю, чтобы расплатиться и вернуться в клинику, как вдруг меня усаживают обратно.

Надо мной возвышается изрядно помятый и мрачный Саян.

— С каких пор Царёв возле тебя крутится?!

— С каких пор Царёв возле тебя крутится?! – выплевывает Саян.

Я не спешу отвечать, с удивлением подмечая, как плохо он выглядит. Рубашка не поглажена, брюки с кривыми стрелками, на подбородке щетина, волосы взъерошены, а глаза покрасневшие, словно он всю ночь не спал.

— Царёв – наш оперирующий акушер-гинеколог, мне с ним всегда есть о чем поговорить, – вздергиваю я бровь. – Проспись, Саян, и не задавай глупых вопросов.

Я стараюсь говорить холодно и жестко, чтобы не дать слабину. Нельзя давать мужу повода думать, что формат нашего общения будет таким, как прежде.

Он ревнует, вижу я по его злому взгляду, но сдерживает себя и рваными движениями проводит пятерней по волосам, зачесывая их назад.

— О чем вы говорили? – чуть спокойнее спрашивает Саян и наконец присаживается, переставая привлекать к нам внимание посетителей кафе.

Среди них я вижу некоторых сотрудников, которые продолжают с любопытством смотреть на нас, и сжимаю зубы, раздражаясь, что сплетни неизбежны. Никогда не любила быть в центре внимания, но в последнее время вся моя жизнь оказывается одной большой сплетней.

— Он увольняется, – отвечаю я нехотя, так как вижу, что Саян настроен решительно и от меня не отстанет. А устраивать представление в кафе желания не имею. Во всяком случае, при сотрудниках нашей клиники.

Грачёв расслабленно откидывается на спинку стула, но от меня взгляда не отводит. Я же спокойно допиваю свой чай и смотрю в окно, стараясь дышать ровно и не думать ни о чем плохом.