Книга Секрет королевы Маргарет, страница 55 – Алиса Селезнёва

Я не стала искать отговорки и позволила служанкам приготовить мне ванну, намылить тело и волосы пахучим мылом, а затем обкатить водой из кувшина. Привычную хлопковую сорочку я заменила на кружевную, верхнее платье выбрала ярко-красное, а волосы приказала уложить на затылке восьмёркой. Последним штрихом стала золотая диадема, окаймлённая алмазами и алыми рубинами. Вошедший с книгой Колин улыбнулся и показал мне большой палец. Пришлось закатить глаза. Зря… Нет, правда зря я научила его этому жесту. Как бы потом, забывшись, он не показал его кому-нибудь другому, а тот не обвинил его в принадлежности к какой-нибудь секте. Впрочем, улыбку и большой палец Колина я разделяла. Я действительно выглядела великолепно. Без ложной скромности, сногсшибательно. И не сказать, что месяц назад мне сломали два ребра и устроили сотрясение мозга. Раз сэр Филипп и Леонард хотят шоу, они его получат. Я станцую этот проклятый танец, даже если он станет последним в моей жизни.

Встретились мы с Леонардом, как обычно, у входа в зал. Он подал мне руку так, словно ничего не случилось. Я приняла её, изо всех сил стараясь не морщиться. Даже просто идти рядом с ним было противно. И как только некоторые женщины умудряются продолжать жить с теми, кто их избивает? Избивает порой до комы. Ночью кричат от страсти, а днём от боли. Я бы не смогла. Будь я там, в двадцать первом веке, я бы и смотреть на Леонарда не стала, но здесь… Здесь от страха и ненависти у меня тряслись колени, правый бок ныл, голова кружилась. Но я шла. Шла и шла вперёд, продолжая играть в королеву.

Придворные улыбались и склонялись в реверансе. Я мысленно считала врагов. Один, два, десять, двадцать… А что, если Джульетта Мейлор права, и они все желают мне смерти? Даже Анна и Сесилия вернулись в мои покои только перед ужином. Сесилия, по обыкновению, угрюмая и печальная. Анна, естественно, нарядная и сияющая. Джеймс Маккензи, как я и предполагала, примкнул к Эмберсам и стал защитником главного советника короля. По шепотку Анны я поняла, что он выбрал её дамой своего сердца. Интересоваться, вышли ли их отношения за грань платонических, я себе не позволила.

Двор вновь отмечал какой-то праздник. Менестрели играли сегодня на арфе. Казначей Оэренс громко шутил и смеялся, Эмберсы ему поддакивали, Хэмптонов за столом не было. Роза сказала, что Бриджет устроили поистине королевские похороны и не приглашали музыкантов по случаю её смерти целый месяц. Правда, после похорон Роберт Хэмптон с семьёй уехал в своё имение. Видимо, решил, что здесь больше ловить нечего, либо его попросил об этом сам король. Однако, он умудрился вывести из дворца дюжину сундуков, в которых, по словам проверенных лиц, лежали платья и украшения Бриджет, подаренные Леонардом за время беременности. Это меня позабавило. Вот ведь: на помощь народу у него денег нет, а на побрякушки и барахло для любовницы почему-то нашлись.

Ела я мало: после болезни желудок всё ещё с трудом принимал грубую пищу. Молодой златокудрый менестрель оставил арфу и взялся за ребек*, другой постарше заиграл на волынке. Мелодия выходила медленная и печальная и сильно напоминала «Casablanca». Глаза увлажнились: я опять вспомнила дом и давнишние студенческие вечеринки. Сэр Филипп словно нарочно не смотрел на меня, Анна и Сесилия о чём-то негромко переговаривались, а потом король хлопнул в ладоши и резко поднялся на ноги.