Книга Плохиш для хорошей девочки, страница 141 – Алиса Селезнёва

Агата посмотрела на мать с улыбкой. После стольких лет они наконец-то достигли взаимопонимания.

— Я позвоню. Завтра же. Честно-честно.

Анна Георгиевна усмехнулась в третий раз.

— Иди уже. Невооружённым глазом видно, что сейчас ты только думаешь о том, как побыстрее сбежать от меня и прочитать его письмо.

На прощание Агата чмокнула мать в щёку, а ровно через пять минут, запыхавшаяся и счастливая, вбежала в первое попавшееся кафе. Пальцы озябли и никак не хотели слушаться. Бумага трещала. Вместе с конвертом надорвался уголок письма. Серый лист и чёрная ручка. Агата могла поклясться чем угодно на свете, что эта ручка была из того самого набора, который она когда-то ему подарила.

«Любимая моя Шумелка! Как ты? Неужели правда больше меня не ненавидишь?..»

Прочитывая строчку за строчкой, Агата то давилась слезами, то дрожала от хохота. В этом был весь Данил. Его ошибки, его пропущенные запятые, его характер, его страхи, его надежды. Прижавшись к стене, она перебирала каждое написанное им предложение, как монах чётки.

Он не забывал её. Никакая Лера его не ждала. Зато теперь он просит… Он надеется, что его будет ждать она.

«Тоскую по тебе, как умалишённый. И когда мы встретимся, я хочу посадить тебя на колени и долго-долго целовать твоё лицо…»

К Але Агата летела как на крыльях. Не заметила, как оказалась на этаже, не заметила, как распахнула дверь. Не заметила, как внеслась в квартиру в сапогах и пальто. Аля стояла у плиты и что-то готовила. Агата закружила её по кухне.

— Данил написал. Данил прислал мне письмо! – кричала она, смеясь и вытирая слёзы. Как же давно она не плакала вот так – от счастья! От безудержного, переполнявшего душу счастья. – Он меня нашёл. Значит, Лариса Сергеевна сказала ему. Представляешь, сказала!

В доказательство произнесённых слов Агата взмахнула пачкой исписанных листов. Шесть или семь – она сбилась со счёта. Буквы, слова и как в награду рисунок в карандаше. Их портрет. Долгожданная встреча. Вокзал, бесконечный зелёный поезд и длинноволосая девушка, обнимающая парня в военной форме.

— Он ведь должен был вернуться из армии полгода назад. – Взглянув на рисунок, Аля почему-то побледнела.

— Он остался служить по контракту. – Агата сникла и нашла взглядом усыпанный снегом пол. Несколько комьев, упавших с сапог, уже успели растаять и образовать на полу маленькие прозрачные лужицы. – Кто-то сказал ему про меня и Никиту.

— И он решил, что возвращаться нет смысла, – голос у Али был такой, словно она читала заупокойную молитву. – Ещё и десантник…

— Да? – Агата приподняла брови. Она только сейчас заметила на рисунке берет и специфический китель. Эйфория от осознания того, что Данил её не забыл, заглушила все остальные мысли. Она кружилась по кухне и искренне не понимала, почему Аля не кружится вместе с ней.

Алевтина Михайловна села на стул и закрыла лицо руками. Её обычно ровная спина обмякла и стала похожей на знак вопроса.

— На сколько он заключил контракт?

— Не знаю. Он не писал об этом. Наверное, на год. Значит, осталось всего семь месяцев. Семь месяцев, Аля! И нет ни Чечни, ни Афганистана. Всё тихо. А ждать я умею.

— Ага… – Аля не отняла рук от лица. – Нет ни Чечни, ни Афганистана.

— Он нарисовал меня с длинными волосами. Заметила? – Агата наконец удосужилась снять шапку. – К его возвращению я хочу снова отрастить волосы. Такие же длинные, как были раньше. Ты знаешь какие-нибудь маски для усиления роста?