Онлайн книга «Живые! Помните погибших моряков! Книга 2»
|
Ах, камбуз! Самое уютное и душистое место на корабле! Недаром в незапамятные времена появилась самая мудрая из флотских поговорок: «Держись дальше от начальства и ближе к камбузу!» Быстро съев банку тушёнки, и не ощутив после этого никакой умиротворённости, лейтенант выпросил у дежурного кока половину батона и приступил к изготовлению себе тюхи. Тюха это не просто так! Тюха, это завтрак моряка-подводника, который не грех съесть и в ужин. Тюха, это когда на половину батона, на плоскую его сторону, намазывается толстым слоем сливочное масло, на масло приклеивается толстый ломоть сыра, а в мякише батона, со стороны надреза, прорезается большая выемка, куда заливается сгущенка ( молоко, сгущенное с сахаром), или мёд. После чего получившееся изделие съедается запиваемое чаем или кофе. Главное здесь, не испачкаться сгущенкой. А десерт получается весьма вкусный и питательный. Однако насладиться ужином Петровичу не дали, срочно вызвали в водолазный отсек. Находящийся у открытого торпедного аппарата №-3, в котором находилось загруженное туда спасательное имущество, водолаз доложил о доносящемся из корпуса лодки шуме льющейся воды и позвякивании, скорее всего гаечных ключей. Обеспокоенный командир «Ленка» примчался в водолазный отсек, он, как и все не понимал ситуации. С 10 часов утра подводники на все запросы водолазов стуком отвечают тремя ударами по корпусу. Этот сигнал означает «Выходим на поверхность. Принимайте.» Однако при этом, крышка торпедного аппарата оставалась открытой. Шумов, характерных для подготовки другого торпедного аппарата к шлюзованию водолаз не слышал. Время неумолимо шло вперёд, а подводники чего-то ждали. Кроме того, «Ленку» уже давно нужно было всплыть на поверхность для подзарядки своих аккумуляторных батарей. Командир уже дал команду перейти на аварийное освещение отсеков и обесточить камбуз, но работающее водолазное оборудование и гидроакустическая связь были весьма энергоемкими. Из доклада механика следовало, что через час из-за чрезмерного разряда, начнется самопроизвольная смена полюсов на элементах групп аккумуляторных батарей, а это неизбежные короткие замыкания и возгорания в аккумуляторных ямах. Здесь и до пожара недалеко. А подводники выходят малыми группами, да еще и не предупреждая! При таком раскладе последняя тройка выйдет суток через пять. 23 октября 1981 года, 18.20, ПЛ С-178. В первом отсеке С-178 царила тишина. Самые «буйные» его уже покинули. Морякам хотелось верить, что вышедшие на поверхность живы и здоровы, и сейчас пьют горячий сладкий чай где-нибудь в столовой на каком-нибудь из спасательных судов. Им очень хотелось в это верить. В действительности оно и было примерно так, только моряки об этом ничего не знали. На лицах отображались самые упаднические мысли. Да, снаружи по корпусу продолжали стучать водолазы, но о чем они стучат? Может быть о том, что ни один из покинувших отсек не дошел до поверхности, о том, что все погибли. А может наоборот, о том, что все вышедшие живы. Пойди, разберись! Старший помощник лихорадочно думал: как поднять боевой дух, каким образом вдохновить моряков на последний рывок, рывок к поверхности. Среди кромешного мрака и холода, в атмосфере дурманящего сознание углекислого газа, в тусклом свете фонарей он вдруг увидел вместо лиц своих бодрых, смешливых, иногда шкодливых матросов, совершенно незнакомые лица, лица смертельно уставших людей, людей, утративших веру, людей, которым по большому счету уже все равно: жить или умереть. |