Онлайн книга «Живые! Помните погибших моряков! Книга 1»
|
Смертельно раненый «Гавриил», шипя, кренился на левый борт. Мы сгруппировались на своих местах. Командир отдавал приказания вголосовую – Стоять на местах! . Вдруг второй, за ним третий взрыв. Где-то в темноте раздались возгласы: «Смерть капиталу! Да здравствует советская власть! Тонул «Гавриил» около 20 минут. Слышал команды командира» Настала напряженная минута. Темная осенняя ночь и сильный ветер мешали спуску шлюпок на воду. От взрыва тали перемешались с проводами радиотелеграфа. Команда спускала шлюпки. За бортом послышался разговор. Перегнувшись через поручни я заметил нескольких товарищей, стоявших на отводе. К ним подходил тузик. Они, быстро спрыгнув в него, отвалили. Им вслед кто-то крикнул: «Передайте привет, пусть не поминают нас лихом». По одному мы начали спрыгивать в шлюпку. Ветер все удалял шлюпку от тонувшего корабля в сторону. Расстояние между нами и «Гавриилом» увеличивалось. Мы молча сидели на банках.. Не хотелось браться за весла. Все впились глазами в корабль – что-то хотелось крикнуть, да не было сил. Все точно оцепенели. Вдруг перед нашими глазами взлетает с раздирающим громом гора воды, освещенная огнем. Мы кое-как поставили шлюпку на вал носом. Гора воды с шумом упала вниз, на минуту подняла нас кверху и снова все стихло. Никого не было видно. Волны сравняли все. Лишь ветер свищет и кидает шлюпку. «Ну, что ж. ребята, грести куда-нибудь будем?» – наконец заговорили на корме… Одному товарищу пришла мысль в голову: «Стой, ребята, – заявил он, – когда мы шли сюда, нам прожекторы светили в правый борт. Стало быть, теперь нам надо итти так, чтобы они светили в левый борт, и мы выйдем к своим родным берегам». Все согласились, разобрали весла, рулевого посадили за старшину и пошли по волнам, отливая временами воду кто руками, кто сапогами. Начинало светать. На горизонте заметили верхушку маяка – это был Шепелевский. Решено было высадиться у Шелелевского маяка, но один из нас, достав замоченную вчерашнюю газету, прочел, что фронт белых передвигается к Шепелевскому маяку, и последний находится под обстрелом белогвардейцев и наших красных войск. Хоть мы и устали порядком, но единодушно решили идти на ближайший форт «Серая Лошадь» («Передовой»). Мы стали подходить ближе. На берегу группировались люди в черном и махали нам руками. Мы подняли сигнал «Ясно вижу». Вдруг налетел шквал, выбросил нас и перевернул шлюпку. Поплыли к берегу. На берегу нас принял наш красный морской караул. Дали нам теплое помещение на форту. Мы начали обсушиваться. Принесли по кусочку хлеба и по пачке папирос. Через полчаса к нам привели еще шесть человек. Это были моряки со «Свободы», добравшиеся на тузике вслед за нами. Обсушившись и согревшись, мы, в количестве 25 человек, отправились на форт Красная Горка, а затем в Кронштадт. В Кронштадте мы узнали о благополучном возвращении «Азарда» Спасшиеся говорили, что видели командира дивизиона, который распоряжался спуском шлюпок. С показаниями Качкина согласились Зубков, Морозов и Леман. Спасшийся в той операции машинный старшина «Гавриила» В. И. Цыганков рассказывал комиссии: «Находился в румпельном отделении, потом пришел мой помощник. Когда услышал сильный взрыв, я вышел наверх, На меня посыпались какие-то осколки и я присел на шпиль и прикрыл голову бушлатом. Боцман был на юте и побежал на бак, я хотел пойти за ним, но миноносец уже ломался в средней части, около машинного отделения, сильно парило и я не смог пройти. Побежал в румпельное отделение, одел теплую шапку и взял капковый жилет, Вышел на верх. Когда побежал на ют, то услышал голос командира, который приказывал трюмным топить отделения по правому борту. На юте был артиллеристский специалист, который говорил, что надо идти по боевым постам и на «Гаврииле» не должно быть паники. Мы ему ответили что паники нет, Два матроса сошли с ума. Один бегал по верхней палубе, другой просто стоял истуканом. Миноносец кренился на левый борт, мины заграждения срывались с мест и перекатывались… По правому борту шла «шестерка», которой мы кричали пристать. Когда потом мы отвалили, произошел взрыв на «Константине», очень сильный, вся палуба была как бы в огне. «Гавриил» кренился. …Под конец разломился на две части…» |