Книга Цветок на 8 Марта, страница 9 – Натали Лав

Поэтому лучше я потом Христоса попытаю. Когда вдвоём с ним останемся.

— Ваши напитки, — произношу уже без выпендрёжа.

Всё-таки мне деньги за работу платят, а не за мои очень красивые глаза. Хотя жаль, что не за них.

— Да, давайте, — отвечает мне Александр Рихардович.

Христос ничего не говорит. Он что-то какой-то задумчивый. Про Розу думает? Ух, я ему!

Расставляю на столе чашки, ставлю подле старшего Шейгера чайник со свежезаваренным чаем, перед Христосом — черный кофе, безо всего.

Александр Рихардович, не дожидаясь меня, наливает чай себе в чашку, насыпает чайной ложкой сахар и, быстро помешав, подносит чашку к губам.

— Я могу идти? — спрашиваю я.

— Да, Клара Ивановна, ступайте, работайте, — довольно сухо говорит мне Александр Рихардович.

Немного обидно. До сегодняшнего дня у нас с ним были очень хорошие отношения. Но ничего! Всё наладится!

Разворачиваюсь и иду на выход, кинув вопросительный взгляд на Христоса. Тот весь в своих мыслях и не реагирует.

Не успеваю сделать несколько шагов, как за моей спиной раздаётся:

— Пппрррфуфффф! — к такому звуку я не была готова.

Испуганно поворачиваюсь.

И вижу, как Александр Рихардович, струей, так, как, наверное, драконы извергают пламя, выплёвывает чай. который я заварила.

Ну уж… Не ожидала от него!

Струя из выплюнутой жидкости красуется на рабочем столе из какой-то дорогой породы древесины.

— Что? — спрашиваю я.

Что это за представление?

Иду обратно.

Александр Рихардович, широко открыв рот, вскакивает с места, и машет руками, чем-то напоминаю курицу, которая захотела полетать.

— Да что такое? — нервно восклицаю я, заподозрив старшего Шейгера в банальном притворстве.

Только он багровеет и открывает рот еще шире.

Жму плечом и тянусь к его чашке.

Что там может быть не так с этим чаем?!

Христос

День сегодня не задался с самого начала. Потому что утром рано-рано деятельная Клара Иванова умчалась собираться к празднику. Нет, чтобы всё своё такое необходимое барахло оставить у меня и утром спокойно доехать со мной до офиса. Нет! Так я всё увижу. Ну, посмотрел бы я… Что в этом такого ужасного?

В итоге пришлось разбираться с таксистом, которые решил, что Клара — не опасна и с собственным отцом, который решил, что Клара — мне не пара.

Поскольку папа выговорился, а я ему сообщил, что ничего в своей жизни менять не собираюсь и что меня всё полностью устраивает — особенно моя Клара, я уже был готов покинуть его кабинет и найти себе занятие где-то еще, но тут Клара решила принести напитки…

Мне б заподозрить, что это с таким началом утра ничем хорошим закончиться не может, а я вместо этого проигнорировал сигналы вселенной.

Теперь смотрю на отца, лицо которого стало шикарного малинового цвета.

И не понимаю, что происходит. Специально отцу Клара подсыпать бы ничего не стала. Это мне бы могла, но папа — для неё непререкаемый авторитет.

А затем я вижу, как она тянется к его чашке, хватает её…

— Стой! — кричу я.

И не успеваю остановить этого чашнигира до того, как она хлебает из чашки, что там наготовила. Колдовское зелье, не иначе. И сдуру еще и проглатывает. Отец хоть выплюнул.

Кларочка моя тоже открывает ротик и начинает махать обоими крылышками… Тьфу, то есть ручками.

А по цвету её личико становится словно спелый бурячок.