Книга Цветок на 8 Марта, страница 20 – Натали Лав

— Не для меня… — голос Христоса приобретает довольно прохладные интонации.

Он может в чувство привести — недаром руководитель. Да и на ненастоящих девушек мой Христосушка не падкий. Так что — накося-выкуси!

С победным видом смотрю на девушку-консультанта.

— Подберите весеннюю обувь для моей девушки. И туфли к этому платью, — такое ощущение, что эту наглую особу мой Христос только что по ному щелкнул. Да звонко так. Вот прям горжусь им!

Но я собиралась доказывать Христосу, что совсем немеркантильная, и уйти из этого магазина, а меня разозлили.

И я остаюсь. И обувь выбираю так, как до этого ни разу не выбирала. К тому моменту, как я становлюсь обладательницей ботинок и туфель, весь рабочий коллектив бутика в мыле и мечтает лишь об одном — чтобы мы ушли. Их даже Христос перестал интересовать.

Христос расплачивается на кассе. Я шалею от суммы… Но я буду не я, если не верну ему её.

Но зато я сразу обуваюсь в ботинки.

И из торгового центра мы выходим с Христосом под ручку.

А жизнь-то налаживается! Ножкам тепло!

Клара

После того, как меня обули, я вспоминаю, о чем разговаривали Христос и Александр Рихардович. Решаю посмотреть, сколько вообще время.

И прихожу в тихий ужас.

— Христос! Мы опаздываем!

Делаю рывок с места, почти готовая бежать в ресторан, где проходит корпоратив. Подарки! Мне же нужно всё подготовить! И присутствовать на вручение, чтобы Александр Рихардович вручил всё, как надо.

— Клара! — Христос меня не отпускает, — Надо было меньше гонять продавцов и помнить о времени…

Делает мне вообще-то справедливое замечание. Но… у меня сегодня своя справедливость.

— Ты чего сегодня такой вредный?!

Христос мотает головой, но он в отличие от меня не теряет спокойствия ни на минуту — разговаривая со мной, продолжает движение к своей машине.

— День сегодня не задался. Дурдом какой-то. Даже еще хуже, чем обычно. Хотя и нормальные же дни с тобой бывают, — бухтит.

Собираюсь всерьёз обидеться. Но он распахивает передо мной дверь своей машины — за этим разговором я и не заметила, что он меня привел туда, куда надо.

— Клара, солнышко моё энергичное… — приговаривает ласково, — Куда ты бежать собралась, цветочек мой дикий? Словно чертополох… На машине быстрее. Да и потом — папа читать умеет. Вольский тоже. А ты на каждую коробочку, позволю себе напомнить, приклеила бирочку с фамилией. Да и как бирочку — чисто со своим размахом. Там, что на ней написано, метров с десяти видно. Помнишь? Еще и меня этим заставила заниматься.

Какой он злопамятный!

— И не заставляла! Не надо тут! Ты просто меня в гости зазывал! Тебе приспичило… А мне надо было подарки дооформить.

Хмыкает и садится на водительское место.

— Вот мы их и дооформили. А эти два — руководителя, прочитают фамилии и отдадут коробки тем сотрудницам, которым они предназначены.

Ничем этого Христоса не проймешь.

— Ладно, поехали, — машу на него рукой. А сама лезу за зеркалом.

Вид-то, в общем, у меня ничего — разрумяненный такой. И даже прехорошенький. Но вот макияж нужно нанести заново. Этим я и занимаясь, пока Христос рулит к ресторану.

Когда останавливается на парковке возле него, говорит:

— Пару раз за эту дорогу у меня едва не случился инфаркт, когда я думал, что ты кисточкой для туши вот-вот выколешь себе глаз.