Книга Милашка для психа, страница 76 – Кристина Зорина

Она собралась начать новую жизнь! Да, точно! Ей пора! Никаких скандалов с родными (перед мамой она извинится завтра, а с Полли что-то придумает на неделе), никаких незнакомцев в доме – все, хватит. Она будет вести себя, как взрослая, потому что если не сейчас, то никогда.

Таня покивала сама себе и продолжила путь, проглатывая отчаяние.

Она не отчаялась, слышите? Она просто возьмет этот торт, поставит его в тележку, оплатит, принесет домой и сожрет в одиночку за классным сериалом, который затянет ее настолько, что она не сможет думать ни о чем.

Это не первое расставание в ее жизни. И пусть оно гораздо болезненнее других, она все еще в состоянии это пережить.

Вот так-то.

Погруженная в эти прекрасные мысли о светлом будущем она оплатила покупки и, нагруженная пакетами, вышла на улицу.

Потеплело. Солнце вовсю светило над головой, и Таня посмотрела на небо, пытаясь понять, на что похоже проплывающее мимо облако. На жирафа? Или на изогнутую сосиску? Если бы Полли была рядом, то сказала бы, что на член.

— Здравствуй, Таня, – услышала она и вздрогнула, поворачиваясь на голос.

Перед ней, крутя ключи от машины на пальце, стоял Костя. Он выглядел так, как будто давно за ней наблюдал.

— Привет, – ответила нехотя.

— Тебя подвезти?

— Я в состоянии пройти двести метров пешком.

— Просто у тебя тяжелые пакеты и...

— Нет, спасибо, один раз я с тобой уже прокатилась.

Костя вздохнул и шагнул в ее сторону. Очевидно, намеков он не понимал.

— Будешь винить меня в том, что я рассказал тебе правду?

Таня сглотнула.

Вот тебе и новая жизнь. Видимо, вселенной прикольно издеваться над ней и подкидывать такие пасхалочки.

— Я ни в чем тебя не виню. Просто хочу, чтобы меня оставили в покое.

— Сядь в машину, Таня. Я тебя подвезу.

Она чуть не расхохоталась. Помотала головой, чувствуя, как к горлу снова подступает предательский ком.

— Чего тебе нужно?

Костя выглядел... Странно. Как будто растерялся, что ли. Не привык, чтобы его отшивали?

— Ты мне нравишься, Таня.

— Господи, отвали, – она обошла его стороной, желая поскорее отсюда убраться.

Костя выкрикнул в спину:

— Да, ты похожа на нее! Но ты другая..., – Таня обернулась, крепко сжимая кулаки на ручках пакетов. – Я это понял, когда Егор пришел разбивать мне лицо за то, что я рассказал тебе все, но не смог этого сделать... Прежний Егор убил бы меня. Ты изменила его.

Таня искала в его глазах насмешку, искала в его голосе, в его интонациях подвох, но не смогла найти. Он казался таким простым и искренним, словно впервые в жизни решил не язвить.

— Зачем ты говоришь мне это? Зачем его защищаешь, если на самом деле ты зло во плоти? – в голове что-то щелкнуло и шестеренки, заржавевшие за последние дни, вдруг закрутились, завращались с бешеной скоростью. Она застыла на секунду, а потом прошептала: – Твоя вина не в том, что ты убил его девушку верно? А в том, что ты соврал.

Костя улыбнулся, как будто ждал этого. Как будто сделал ставку, и ставка сыграла.

— А ты умна, Таня.

Она опустила пакеты на землю и шагнула в сторону Кости, скрещивая руки на груди.

— Не ты был за рулем в тот день, так? А Алиса.

Костя снова открыл дверцу машины.

— Пожалуйста, сядь.

* * *

— Она была одержима мной. Буквально сошла с ума.

Они снова сидели в машине у подъезда, только на этот раз днем, и на этот раз Таня чувствовала себя скорее растерянной, чем убитой горем.