Книга Развод. Семейная тайна, страница 104 – Луиза Анри

— Мам… — голос сорвался на хриплый шепот. — Я… я его поцеловала. Ольга замерла, словно ее ударили током. Ее рот приоткрылся от немого изумления.

— Ты… его? Поцеловала?! — Она медленно покачала головой, не веря ушам. — Ася… но… как? Почему?! Ты же говорила… только разговор! Без сантиментов! Ты же сама…

— Знаю! — вырвалось у Аси, и она оттолкнулась от двери, забегая по маленькой прихожей. — Знаю, что говорила! Знаю, что обещала! Но он… мам, ты не представляешь! Он стоял там… говорил такие вещи… смотрел такими глазами… Он был… раздавлен. Искренне. До самого дна. И… и он восхищался мной. По-настоящему. Не как вещью. А как… человеком. Матерью. Той, кто строит. — Она остановилась напротив матери, схватившись за голову. — И когда он сказал "Я пойду"… и повернулся… у меня внутри что-то оборвалось. Я не думала! Я просто… потянулась! И поцеловала! Как в ту старую жизнь! Как будто ничего не случилось! Слезы брызнули из ее глаз — слезы ярости на саму себя, замешательства, стыда и… странного, запретного восторга от этого всплеска чувств.

— И что он? — спросила Ольга тихо, осторожно подходя.

— Он… — Ася всхлипнула. — Он был в шоке. Абсолютном. Как и я. А я… я сказала: "Завтра. Здесь же. 18:00". И убежала! Как дура! Как испуганная школьница! — Она уткнулась лицом в ладони. — Что я наделала, мам? Что я наделала? Я все испортила! Я показала слабость! Я дала ему надежду! Я… я предала саму себя!

Ольга обняла дочь. Крепко, по-матерински.

— Ты не предала, — сказала она твердо, гладя Асю по спине. — Ты человек. Со всеми чувствами, со всей болью, со всей памятью. Он был частью твоей жизни. Большой частью. И то, что ты откликнулась… это не слабость, Асенька. Это… человечность. Очень рискованная человечность.

— Но что теперь? — прошептала Ася, вытирая слезы. — Завтра… я назначила встречу. Опять. Что мне делать? Идти? Не идти? Что я скажу? Как я посмотрю ему в глаза?

— Идти, — тихо, но решительно сказала Ольга. — Ты сама назначила. Ты должна посмотреть в его глаза. Посмотреть и понять — что это было? Вспышка прошлого? Или… что-то настоящее, что прорвалось через всю боль? Только глядя в его глаза, ты поймешь. И только тогда решишь, что делать дальше. — Она отстранилась, взяв Асю за плечи. — Но будь готова ко всему. Сердце — вещь опасная. Оно может обмануть.

* * *

Гордей сидел на краю кровати в своей новой, скромной однокомнатной квартире. Не дворец, не пентхаус. Просто чистая, функциональная "коробка" в новостройке, с минимальной мебелью и стопками чертежей на единственном столе. Он не видел ничего вокруг. Он сидел, прижав пальцы к губам. К тем самым губам, которых коснулись ее губы всего час назад.

Он все переигрывал в голове. Ее приход. Свою исповедь. Ее слезы. Свою готовность уйти, похоронив последнюю надежду. И потом… этот взрыв. Ее крик "Подожди!". Ее шаги. Ее руки, вцепившиеся в его воротник. Ее губы… Горячие, знакомые, неистовые. Поцелуй, который длился мгновение, но перевернул всю его вселенную.

Он чувствовал его вкус до сих пор. Вкус снега, слез и… Аси. Только Аси. В этом поцелуе не было нежности. Была ярость. Боль. Год накопленной тоски. И… отчаянная надежда. Его тело отозвалось мгновенно, жарко, забыв про холод и прошедший год. Он ответил — так же жадно, так же потерянно. А потом — пустота. Она оторвалась, посмотрела на него с ужасом и… убежала. Оставив его стоять под дубом, с пальцами на губах и с безумным вопросом в глазах. И бросив: "Завтра. Здесь же. 18:00".