Книга Султан Эфир, страница 64 – Сильвия Лайм

А потом ударить его в грудь кулаками и бить до тех пор, пока кости не раздерутся о доспехи и фибулы, а он не почувствует все, что, как крошево, смешалось у меня в груди.

Сумасшествие.

Какого игниса это все происходит со мной? Почему мне не плевать?..

— Ты знала, — низко и чуть вибрирующе ответил он.

Голос будто трогал меня, касался и ласкал. Изнутри прокатывался по нервным окончаниям, оставляя после себя ожоги.

В этот момент кончики пальцев дожа на едва заметное короткое мгновение дрогнули. И он отвернулся, взглянув в огонь одной из жаровен. Пламя отразилось в кровавых радужках, оставляя в них легкий след тепла. И тут же исчезло.

Лишь затем дож снова взглянул на меня.

А я вдруг нахмурилась, понимая нечто новое.

— Тебя терзает это. Ты не хочешь быть вампиром.

— Ты для этого пришла? — спросил он резко, но меня этим было уже не напугать.

Жар в груди сменялся лихорадочно скачущими мыслями.

— Я пришла? Это вышло случайно. Не знаю как…

Сициан вдруг усмехнулся, на миг опустив голову. Но никак мои слова не прокомментировал.

«Случайно…»

Словно он знал что-то, чего не знаю я.

Вместо этого он ответил совсем иное:

— Меня ничто не мучает, Александра. Я достаточно силен, чтобы быть кем угодно. Даже вампиром.

Я прищурилась, тщательно скрывая, что в груди практически клокочет от радости. Оттого что он не отошел от меня, что стоял на расстоянии дыхания, медленно касаясь моих рук. Будто случайно ведя ладонями от запястий чуть вверх, будто задумчиво следя за движениями собственных рук.

А я как безумная наблюдала постепенное потепление его глаз. Как кровавый цвет потихоньку обретает оттенки раскаленного солнца. Сперва лишь ободок радужки — в жидкий огонь.

Еще чуть-чуть. Еще…

— Ты говорил, что, если кто-то узнает о твоем вампиризме, это приведет к страшным последствиям для империи, — проговорила я, вспоминая то, что он однажды рассказывал.

Почему-то теперь это начало приобретать новый смысл. Многих ли аурий он посвящал в свои тайны? Рассказывал он им о своих проблемах или просто пользовался их услугами как донорами крови?

Я слишком мало знала о Красном доже. Но сейчас вдруг стала уверена, что большинство не знают вообще ничего.

— Если правда выйдет за черты моего круга, я справлюсь и с этим, — низко и мрачно проговорил он, коротко посмотрев мне в глаза, но затем снова опустив взгляд.

Его руки теперь отчетливо и явно поглаживали меня, но пока будто невзначай, в процессе разговора.

А я, как оказалось, уже не отталкивала его ладонями, а перебирала пальцами черную перевязь с золотыми изображениями летающих драконов, усыпанных рубинами и алмазами.

— Ты не всесилен, — выдохнула, не глядя больше в его лицо.

Он в ответ также глубоко вздохнул, и мои ладони словно толкнулись в его грудь. Сициан же поднял руку и вдруг провел по моим волосам. Осторожно, словно гладил фарфоровую куклу, которая могла разбиться.

— Я хочу, чтобы ты вернулась. Большего мне не нужно.

До этого момента внутри меня словно росло что-то круглое и вибрирующее, как водородная бомба, а затем вдруг просто лопнуло, растекаясь по венам жженой карамелью. Дотронься — и обварит до мяса. Подожди десяток секунд — и станет сладко и тягуче.

— Так забери меня, — проговорила, взглянув прямо в его глаза, что становились все более ядовито-оранжевыми. Такими, как прежде, когда в них было больно смотреть.