Книга Мой гадский сосед, страница 80 – Аня Леонтьева

У нас с ним, за всю нашу совместную жизнь, не было случая курьёзнее.

Я оглядываю всю эту разруху, которая сейчас ассоциируется у меня с нашим браком, и начинаю смеяться. Просто вот взахлёб!

Лёшик сперва смотрит недоверчиво, видимо, считая, что у меня какая-то истерика, но потом подхватывает.

И вот мы уже вдвоём ржём на всё квартиру, оглядывая остатки обгоревшего коридора. Я даже на ногах не удерживаюсь, падаю на колени, Лёшик решив мне помочь, спешит, но скользит тапкой на мягком ещё парафине и заваливается рядом, и мы с новой силой начинаем хохотать.

Мы не сразу слышим звонок в дверь, за тем гвалтом, что стоит в коридоре. А когда всё же до нас доходит переливчатая трель, замолкаем и переглядываемся, точно преступники.

Я прижимаю обугленное полотенце к себе и киваю Лёшику на дверь, пытаюсь подняться.

Лёшик с кряхтением встаёт, идёт открывать, потому что трель, не утихает. У меня ещё мелькает мысль, что соседи переполошились, почувствовав запах гари.

— Здравствуйте, а вам кого? — говорит Лёша, загородив меня открытой дверью.

— Уж точно не тебя, — слышу до боли знакомый голос и вспоминаю, что за всеми этими пожарами я забыла кое о чём важном, вернее, о ком-то важном.

— Маня где? — ревёт медведь, стоя на пороге.

— Жень, спокойно, — выглядываю из-за дверей. — Я здесь.

— Я тебе сейчас всё объясню, — добавляю поспешно, потому что вижу, как темнеют от наливающегося гнева, синие глаза, когда он замечает, практически, раздетую меня.

— Так, блядь! — первое, что выходит из меня, при виде открывшейся картины.

Горелый коридор, весь усыпанный лепестками цветов. Машкин муж, при близком рассмотрении, оказавшимся довольно высоким и тощим блондином с очками на длинном носу, и сама Маня… Голая. Ну как голая, в полотенце, тоже обугленном каком-то.

Почему-то были у меня подозрения, что Маня меня продинамит. Было в её ошалевшем взгляде, после того как я закончил её целовать, какая-то странная эмоция. Мне тогда некогда было разбираться. Я просто с неё слово взял, что придёт. А она его, не моргнув глазом, нарушила. Прождал её в ресторане, в котором мы договорились встретиться, полчаса, и понял, что надо ехать чинить разборки.

Я на нашу встречу, очень большие надежды возлагал. Прямо только о ней и мог думать, очень воодушевлённый положительными результатами, и мечтающий о продолжении, потому что очень, ну очень, соскучился, по этой язве блондинистой. Всё-то время пока бегал по инстанциям, оставшийся день, только думать и мог, что с ней сделаю, только останемся мы наедине.

И зарок себе дал, что Машку теперь просто так не отпущу. Проясню всё насчёт её мужа, и если там всё так, как мне кажется, а именно безнадёжно, то утащу к себе, пусть даже не думает упираться. У меня в городе, хоть хата и съёмная и пустая, но большая и со всеми удобствами. Да и Маня мне не показалась меркантильной, ей зайдёт.

Вот так и летал я в облаках, весь день, пока не обломался, дожидаясь её в ресторане, в который она не пришла. Но это, етижи — пассатижи, были ещё цветочки, ягодки, позже пошли, когда я, помня её адрес, приехал выяснить, какого хрена решила меня кинуть, а из-за двери послышался громкий гогот, в котором я явственно различил Машкин голос.

А уж когда открыли дверь, я вообще прихерел от увиденного, и мне стоило больших усилий, сохранить хоть малейшее спокойствие.