Книга Никак иначе, страница 179 – Аня Леонтьева

Я подняла лицо, и смущённо улыбнулась, наткнувшись на его серьезный взгляд.

— Да? А я думала это только со мной такие необратимые изменения, — пошутила и зарылась носом в волосках на его груди, с упоением вдыхая родной аромат.

— Нет, — усмехнулся Кир, — у нас у обоих снесло крышу. Смирись, и прими.

— С удовольствием, — пробормотала, не поднимая головы, — мне без тебя ничего не нужно, даже крыши.

— Закончу с одним тендером, и съездим к моим. Давно думал, что вас пора познакомить, — вдруг выдаёт он.

— Серьёзно? — удивилась я. — А как же по одной просьбе за раз, зеленоглазая! — передразнила его.

Кирилл приподнялся и криво улыбнулся.

— Кто-то давно не получал по жопе, — пригрозил он, и в доказательство, что да давно, сжал мягкую плоть.

— Мне напомнить, как ты отлупил меня до жуткого синяка? — надула губы.

— Я, по-моему, извинился, — ничуть не смутился Кир. — Что? Плохо извинялся? Ещё хочешь?

Я смутилась, прекрасно понимая, о чём он говорит.

— Может, стоит пойти спать, — протянула я, — завтра вставать рано.

— Ну как же мне теперь, уснуть Света, раз вскрываются такие дела. Надо извиняться!

— Кирилл… — я не успеваю ничего не сказать, не сделать, как оказываюсь сидящей прямо на лице Кирилла, и он жёстко прижимает меня, чтобы не трепыхалась понапрасну. Его язык уже вовсю хозяйничает у меня между ног, и мне ничего не остаётся, как подчиниться.

И да извинения вышли очень искренними. Я поверила, о чем кричала на весь спортзал.

— Молодец, малыш, у тебя прекрасно получается! — похвалила я Ромку, мешающего деревянной лопаткой, нарезанный мной салат.

Ромка просиял и удвоил свои усилия, постепенно превращая овощи в кашу. Но я не стала его одёргивать. Ребёнок старается, и это главное.

Андрей тоже примостился рядом, хотя было видно, что ему тяжеловато даётся сидение за столом, но, сколько я не упрашивала его пойти прилечь, он не соглашался.

Мы все втроём сидели на больничном. Ромка принёс из сада какой-то вирус, который по очереди положил нас всех, кроме Кирилла, у того видимо, родившегося в Сибири, иммунитет был посильнее.

Оставалась неделя до летних каникул, и на тебе, температура, насморк, и боль в горле. Мы все втроём провалялись брёвнышками почти неделю, Кир не знал к кому бросаться в первую очередь, когда возвращался с работы.

Ромке, он неизменно приносил, любимых динозавров. Каждый день был новый.

Андрею покупал что-нибудь виртуальное, для его игры на приставке, хотя парень временно и выбыл из строя, по причине высокой температуры.

Ну а мне, Кир каждый раз приносил новый букет цветов, обязательно подкрепляя этот красивый жест, каким-нибудь милым подарком. Это были и ювелирные украшение, и любимая книга, и духи. Не знаю заморачивался он сам, или ему помогала незабвенная и прекрасная Анна, но было приятно, и уже через пару дней, я с нетерпением ждала, что же он принесёт в этот раз.

Так я болела впервые. С такой заботой, и нежностью, ко мне, пожалуй, только родители относились в детстве, даже, честно говоря, захотелось эгоистично продлить этот момент, хотя и чувствовала я себя отвратительно.

Первым пришел в себя Ромка, уже через три дня скакал, как ни в чём не бывало, потом и я почувствовала, что болезнь отступает. А вот Андрея до сих пор, по прошествии недели, ещё немного лихорадило. Вот и сейчас, было видно, что чувствует себя плохо, но упрямо сидит, изъявив желание учувствовать в приготовлении ужина для Кирилла, который я затеяла. В этом они очень похожи, в своём упрямстве, хотя Андрей и родился летом двадцать первого августа, Кирилл зимой, но в этом их бронебойном упорстве, если что-то задумали, они схожи как родные.