Книга Ледокол, страница 62 – Аня Леонтьева

— Куда? — резко прерывает он разговор с Пашей, и впивается взглядом, в трепыхающуюся меня.

— Можно мне хоть немного свободы, — ворчу, и никак не могу отодрать его руку от себя, — а если я в туалет захочу, тоже со мной пойдёшь! — заканчиваю, и туплю взгляд, вспоминая наш разговор в коридоре клуба.

Кир только усмехается и всё же разжимает свою лапищу, и я пересаживаюсь к Иришке.

Тут приносят заказ, и Паша, наполняет нам фужеры шампанским, подталкивая огромную тарелку с фруктами. Кир тем временем разливает коньяк, пока нам раскуривают кальян. Мы с Иришкой успеваем обменяться парочкой слов. Я объясняю, как сюда попала, и вкратце рассказываю про Андрейку. Она тоже делится новостями о домашних делах, и о том, как Паша извёл её, прежде чем она согласилась на свидание. Потом Паша произносит тост, и мы пьём. Шампанское, как всегда, после первых глотков начинает кружить голову, становиться легко, хочется ещё.

— Красивая, на место вернись, — Кир похлопывает возле себя ладошкой.

Блин, так унизительно, словно шавку подзывает, к ноге.

— Сам ты, — отвечаю ему, и тоже постукиваю подле себя рукой.

— Сюда иди, говорю! — рыкает Кир, и Иришка с Пашей смотрят на нас, ждут исхода пикировки.

Я упрямо складываю руки на груди, всем видом показывая, что меня не сдвинуть, и не заставить.

Тогда Кир, поднимается, нависает надо мной, уперев руки в столик, который нас разделяет, а в меня тяжелый взгляд.

— Чё смелая-то такая? Бухнула?

Я понимаю, что ещё чуть-чуть, и мне возможно хана, но сдаваться не собираюсь.

— Я танцевать хочу, а не целый вечер, с тобой в обнимку сидеть! — выдаю ему.

В его взгляде проносится множество эмоций. Самая сильная, это желание свернуть мне шею. Но он выхватывает из ведёрка со льдом, початую бутылку шампанского и снова наполняет мой фужер, до краёв, кидает почти пустую бутылку в ведёрко, и кивает мне.

— Ну, иди, танцуй, — и садиться на место, затягивается кальяном и выпускает столб дыма.

Я опрокидываю этот фужер в себя, и, схватив Иришку за руку, несусь к лестнице. Она еле поспевает за мной.

— Юль, сбавь обороты, — верещит подруга, когда мы спускаемся вниз.

Я притормаживаю, и верчусь в поисках туалета.

— Где здесь туалет? — спрашиваю у неё.

Она зовёт за собой, и мы, минуя толпу, выходим в коридор, которым и пришли, только тут же сворачиваем. Здесь становиться тихо. Можно поговорить. Только я всё ещё киплю негодованием, и поэтому подруга не дожидается от меня откровений, спрашивает сама.

— У вас так постоянно?

Мы запираемся в одном из туалетов.

— Постоянно, — подтверждаю я, и смотрю на себя в зеркало. На лице неестественный румянец, глаза сверкают.

— А ты не боишься, что он пришибёт тебя однажды? — резонный вопрос, что ж тут скажешь.

— Боюсь, но только не в тот момент, когда он бесит меня своей важностью!

— А мне Пашка очень нравится, — вдруг признаётся Ира, — только вот то, что он бандит, совсем не нравится.

— Да Паша, классный! — подтверждаю я. — Не то, что эта махина, только и знает что командовать.

— Почему ты не разорвешь с ним отношения? — спрашивает Иришка, поправляя макияж перед зеркалом.

— Ир! — восклицаю я, — ты, что действительно не понимаешь, какие у нас отношения? Он выкупил долг Юрика, с процентами, а так как платить мне нечем, плачу сама знаешь чем. Ты же видишь! — я излишне эмоционально накинулась на подругу, но ничего не могла с собой поделать. — Он меня чуть не придушил, после тех посиделок, в ресторане. А что с теми мужиками я вообще боюсь даже спрашивать.