Книга Машенька и полковник Медведев, страница 12 – Аня Леонтьева

А Машенька и не думала противиться. Лишь дыхание её становилось глубже, а тело само подавалось навстречу моим рукам, как под гипнозом.

Она льнула ко мне так охотно, ни капли не противясь, позволяя себя раздевать и гладить.

Её кожа под пальцами — шёлк. Гладкая, тёплая, живая. Мои ладони исследовали её тело, от упругой тяжести груди к плавному изгибу бёдер.

Я утыкался небритой мордой в её шею, вёл по ключицам губами, вдыхая до головокружения её аромат чистоты и юности, и никак не мог нажраться.

Знала бы она, сколько всего я хотел сделать с ней, испугалась бы даже во сне.

В реале нам не по пути, но здесь в моей башке, моя территория, мои правила.

Перехватил её тонкие запястья одной рукой, без усилий фиксируя их над головой.

Машенька выгнулась, когда моя ладонь скользнула по её внутренней стороне бедра. С её губ сорвался тихий, прерывистый выдох с моим именем.

— Кирилл…

Так сладко, тоненько и нежно.

Бля, как же нравится своё имя в её исполнении!

Окончательно потеряв тормоза, я подмял её под себя, сдирая с плеч рубашку и раздвигая коленом послушные ноги, врезаясь бёдрами в её горячую развилку, чувствуя тонкую преграду между нами в виде моих треников.

— Ну, давай скажи ещё раз, — хрипло выдыхаю, зарываясь, лицо в ложбинке её груди.

— Кирилл, — повторяет Машенька, но уже без былой томности, да и тело её напрягается, каменеет. Точно я сделал что-то не так.

Чёрт, что происходит? Сон ломается.

— Кирилл, — опять произносит Машенька, как-то истерично на этот раз. Дёргается подо мной. Толкается.

— Т-ш-ш, ты чего малыш? – пытаюсь прижать её, но руки ловят пустоту. Вертится, как уж на сковородке. Даже во сне характер показывает.

— Кирилл, пусти! — уже натурально визжит Машенька, и тут мне между ног прилетает резкий, безжалостный удар коленом.

Вспышка под веками. Звон в ушах.

В паху взрываются бомбы, и боль вдруг проясняет некоторые моменты.

Первый: это, мать его, ни хера не сон.

Момент второй: перспектива остаться бездетным и закончить свои дни в статусе почётного импотента только что стала пугающе реальной.

Прихожу в себя окончательно.

За окнами ещё темно, в доме, соответственно, тоже, а у меня перед глазами искры пляшут.

Остатки эротического тумана выветрились со скоростью звука, уступая место тупой, пульсирующей боли в паху.

Вот и реал.

Скатываюсь на пол, скрючившись в позу эмбриона, и тихо, сквозь зубы, втягиваю воздух.

Вот за что мне это?

Я же не так и грешил в этой жизни.

Конечно, бывшая бы сейчас посмеялась в голос, потирая свои ладони, что хоть кто-то исполнил её мечту и закатил мне по шарам.

Но всё же наказание в виде этого недоразумения блондинистого, что сейчас забилась в дальний угол, натягивая на себя одеяло, и смотрит затравленно на меня, я считаю перебор.

— Я это…— голос хриплый, не слушается. – Но ты тоже…

— Что тоже? – спрашивает настороженно.

— Да нет, ничего…— вздыхаю. - Удар поставлен неплохо. Зачёт по самообороне.

Встать пока категорически не получается, поэтому продолжаю медитировать, глядя в щель между досками пола, и пытаюсь хоть как-то вырулить из этого позора.

— Прости, Машенька, — давлю из себя. – Сон мне приснился…

— Мне тоже, — неожиданно говорит она.

— О, как! — мечу на неё взгляд.

Глазки прячет, губки закусила.

— Но это вообще ничего не значит! — тут же выпаливает она, краснея так, что даже в темноте видно румянец на щеках.