Книга Соломоново решение. Трудный выбор, страница 14 – Аида Богдан

В ответ ребёнок срыгнул ей на плечо, чем вызвал брезгливую гримасу. Отец внимательно следил за лицом дочери и конечно же заметил, насколько ей это неприятно. В общем, после своего визита, он, мягко говоря, находился, если не в шоке, то в недоумении.

Однако, такое поведение Агнетты хоть и безмерно пугало её отца и мужа, но, вместе с тем, никак не могло натолкнуть на мысль, что мальчик им всем неродной, он был ещё слишком мал, чтобы замечать его непохожесть ни с одним из членов семьи.

Меж тем, настоящая мать мальчика, та, что добровольно подписала отказную, через какое-то время пришла в себя и поняла, что натворила. Она приняла это решение, находясь в абсолютном раздрае. На момент родов девушке уже исполнилось 18.

Единственное, что могло её оправдать, так это боязнь гнева родителей, которые отправили единственную дочь учиться не для того, чтобы та принесла в подоле. Будучи уверенной, что её не поддержат, она скрыла своё положение.

Хотя, может всё же надо было рассказать, что любимый человек вначале ей пообещал звезду с неба, а потом, добившись своего, предал и отказался от ребёнка? Но дело сделано, малыш остался в роддоме, а теперь он снился ей каждую ночь и горько плакал.

В итоге, у девушки произошёл нервный срыв и она рассказала всё матери и отцу, те были в ужасе от чудовищности её поступка. Они проявили бурную деятельность, захотев вернуть малыша и всё исправить, но было слишком поздно. Тайна усыновления не давала возможности это сделать…"

— Евгения Михайловна, а вы считаете правильным умалчивать информацию о приёмной семье?

— Конечно, такие вещи не должны стать достоянием гласности, иначе, наступит хаос.

— А как звали ту девушку, настоящую маму Макара?

— Ну, пусть будет Серафима.

— Красивое имя, жаль, что поступок её нельзя назвать таковым. Вот вы говорите, все женщины меняются, когда заводят ребёнка. А что с Ниной? Произошли ли с ней какие-то метаморфозы?

— Несомненно, и очень большие.

"С появлением Никитки, она совершенно преобразилась и теперь выглядела намного привлекательнее, чем раньше. Вроде бы ничего особенного для этого не делала, но многие мужчины, даже абсолютно незнакомые, теперь неизменно оборачивались ей вслед.

Во всём облике молодой женщины вдруг появились волнующая манкость и будоражащая кровь притягательность. На работе всё чаще слышали её заразительный смех, рассыпающийся вокруг серебристыми звуками звенящих колокольчиков.

Понятно, что такие разительные перемены не могли укрыться от внимания друзей и коллег. Одни гадали, пытаясь понять, что же случилось на самом деле, другие были уверены, что она влюбилась и в её жизнь наконец пришли любовь и счастье, что было недалеко от истины.

Ну, а третьи просто были в курсе происходящего, поэтому понимали откуда ветер дует. Меж тем, сама Нина чувствовала себя абсолютно счастливой и не нуждалась ни в ком, кроме своего мальчика. Она надышаться на него не могла.

Кроме того, все мысли женщины сосредоточились на том, чтобы найти деньги на операцию сына. В нашей стране помочь ему ничем не могли, а для поездки в другую страну, требовались очень большие средства. Как ни странно, но через какое-то время нашёлся человек, который согласился им помочь…"

"Врачи наперебой твердили, что операцию лучше сделать до года, иначе, малыш может остаться инвалидом. Это в лучшем случае, а в худшем, попросту не доживёт до подросткового возраста. Нина находилась на грани отчаяния, не зная, где раздобыть необходимую сумму, которая покроет все расходы разом.